?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

(аватарка выгуливается просто с полным правом;-)

Прочитала длинный и информативный материал к нашему "Петровскому заводу" - "Каторга декабристов: организационные, юридические, административные вопросы."
Всячески рекомендую к прочтению, в том числе если вы на игру не собираетесь, но вдруг хотите понять, как это конкретно работало... и местами даже удастся узнать, "почему" оно работало именно так.
Если вам кто-то скажет, что оно занудное, не верьте! Текст абсолютно ясный, подробный и содержащий (причем в состоянии "разложено по полочкам") кучу необщеизвестной информации.
(Писала Раиса, как я понимаю, в основном по работам Кодана, по образованию юриста, отсюда, видимо, и этот системный подход и глубина закопки в законодательство).

Даю ссылки записи в игровом сообществе, при этом то же есть и собственно в журнале у Раисы - здесь, здесь и здесь.

http://la-garde-1826.livejournal.com/83383.html
http://la-garde-1826.livejournal.com/83492.html
http://la-garde-1826.livejournal.com/83851.html

...неакадемическое впечатление от прочитанного.
Собственно, там энная часть того, что я уже знала, но тут оно - вместе, в системе, и еще много чем дополненное. И впечатление производит сильнее, чем разрозненные факты. Но в том же направлении.

Одно из главных - такое: как же он их боялся.

Император, самодержавный государь. Некультурно говоря, до усрачки боялся.
Одно из ныне нередких мнений, что декабристы - это что-то несерьезное и бестолковое, ничего особого из себя не представляющее, то ли дело - серьезные государственники-практики с императором во главе!..
Так вот, интересный момент, эти серьезные практики этих товарищей считали куда как серьезными противниками, похоже.

Потому что едва ли не бОльшая часть мер по организации этой каторги - она, собственно, не формата "чтобы ты задолбался и восчувствовал", хотя и так они, эти меры, на ура действовали.
Она - чтобы оградить. Не столько их от внешнего мира (опять же, чтобы восчувствовали), сколько внешний мир - от них. Чтобы ничего, не дай Бог, не просочилось. И не попыталось вырваться.
Вот, например:
"Прикомандированная к Нерчинскому управлению воинская команда состояла из 185 человек (для охраны около 100 осужденных). Для сравнения, для охраны более 4 тысяч уголовников на Нерчинской каторге использовалось 585 военнослужащих. "
(Это надо сказать, что эта почти-сотня потом еще неоднократно уменьшается, младше разряды выходят на поселение).

Обычные каторжные, кроме самых злостных, живут просто в собственных домах - для этих на весь срок каторги организуется тюрьма и всячески ограничиваются контакты с местными... (Потом частью это накрывается необязательностью исполнения, но вектор существует и официально ничего не меняется).
Кстати, ровно на волне ограничения контактов никому, кроме первой восьмерки отправленных, не достаются собственно *каторжные* работы. И даже их, пока они еще в Нерчинске, довольно быстро решают изолировать от остальных и переводят на отдельный участок работы - переборку руды на поверхности).
Ведь в том же Петровском есть железоделательный завод, и ссыльные на нем работают... Но туда даже мастеровитого Николая Бестужева пускают с большим скрипом и редко - что-то починить, когда другие не умеют.

И еще одна черта - все под контролем. Причем - центральной власти. Хотя кодификация законов еще не случилась и где-то там вдали сияет и, по идее, действует Соборное уложение и весь остальной ворох всего, - есть относительно недавнее, от Сперанского, уложение о ссыльных. И все немалое количество политических ссыльных все той же николаевской эпохи - успешно подчиняется ему. И - в основном местным властям. Включая все то множество поляков, взятых с оружием в руках в процессе весьма продолжительной войны.

... а на сто с небольшим (включая тех, кто сразу на поселение) человек, из которых изрядная часть даже на Сенатской площади не стояла, уложение не распространяется, и каждый прецедент порождает переписку с Петербургом. (Вот, например, умер человек где-то в Вилюйске - можно ли послать его золотые часы отцу в Прагу? Без Петербурга не выяснялось!)

Отдельная песня - это, конечно, про "дам". Можно лишить человека дворянства, чинов, наград, права владеть имуществом... наверное, можно было бы - лишили бы и права состоять в браке, - но вот никак, видно, не получалось. Можно *дать* возможность жене развестись без ведома мужа... Ну так вот, случаев было сильно мало, и все они мутные, честно говоря. В смысле, не без чужих влияний, похоже.
И потому опять же - жены просто ссыльных могут со ссыльными ехать - и еще на дорогу им какие-то деньги выделяются, а здесь - личное разрешение, проволочки, за свой счет...
И куча отчетности потом - часть из которой, впрочем, кажется, была задумана - но пошла лесом. Вроде волшебного пункта - что нельзя без ведома коменданта ничего "продавать, дарить или уничтожать" из своего имущества. (Т.е. разбила цветочный (или кухонный!) горшок - рапортуй коменданту?!) И вести книгу расходов - для показа ему же.
Это, кстати, опять же - для ограничения контактов с местными в том числе.
И, конечно, любимый факт из этой серии - как вдовам не разрешают покинуть Сибирь. Ентальцева и Юшневская. Кажется, до самой амнистии. Как будто они тоже получаются - преступниками.

...впрочем, в каком-то смысле - очень логично.
Они ведь делают, в числе прочих, одно очень противоправное действие наперекор этому концепту непроницаемого забора.
Они пишут письма - не только от себя и своих мужей. А еще и ото всех остальных, к кому приехать было некому (NB - никому, кроме жен, это не разрешено). Они прорывают информационную изоляцию. Они - просто - не дают забыть о том, что эти люди были и есть.
И опять же - можно потребовать подавать все письма на просмотр, можно задерживать самые вопиющие... Но нельзя запретить женщине, все же никаким судом не осужденной, писать письма.
(И на мой пристрастный взгляд, это не менее сильная вещь, чем решиться уехать за мужем. И за спиной каждой из них, помимо этого одного лица, встает где-то с десяток других, для которых они были голосом и связью с миром, все эти примерно десять лет - они дали дожить до того времени, когда можно будет писать самостоятельно, хотя бы и под надзором.)


..и вот в этом, как мне наивно кажется, и был изъян всей системы борьбы с подозрительными для государства лицами. Которая стартовала тогда, да так и продолжалась, пока была Российская империя.
В том, что исходная мысль: есть вредные люди, которые могут внушить вредные мысли (стращно заразные и прилипчивые!) кому угодно вокруг. Но если их постараться и тщательно изолировать, заткнув все щели, идеи не просочатся.

(Тоже апофеоз в своем роде. Один из братьев Бестужевых, Петр, - ни до какой Сибири не доехал, "всего лишь" под секретным надзором... гм, больше всего по тому поводу, что он - один из братьев Бестужевых, если говорить кратко. Служил на Кавказе и сошел в итоге с ума. Натурально. С бредом и неакдекватом. Семья - мать и сестры - были готовы о нем заботиться, но когда он стал регулярно пытаться поджечь дом, просто испугались, что однажды не уследят и сгорят вместе с ним. И вот тут они решились отдать его в сумасшедший дом.
Так вот. Его не сразу взяли. Сначала отказывали. Как политически неблагонадежному...)

А идеи все появлялись. Видимо, наводя на мысль, что не все щели под контролем. И не наводя, - на то, что идея "да тут всю систему менять надо!"(с) берется прежде всего из окружающей действительности, от внимательного взгляда на нее. И чем дальше, тем более радикальные меры по замене приходят в голову...

Comments

( 10 comments — Leave a comment )
naiwen
Nov. 11th, 2015 03:04 am (UTC)
Я комбинировала из Кодана и некоторых собственных мыслей, на самом деле сделать такую внятную выжимку оказалось очень сложно.
У "политических" свое законодательство, они тоже не подчиняются обычному уставу о ссыльных. И там тоже "прецедентное право", Кодан об этом подробно пишет (у них даже совместная работа с Шостаковичем на эту тему), но я это все скипанула в данном случае по понятным причинам. "Политических" - банально больше, Николай Павлович не в состоянии уследить за каждым :)) и еще, может быть, как это ни странно прозвучит - но может быть их мотивации властям как-то... более понятны?
А по поводу жен, писем, прецедентов и бюрократии как раз по-моему в этой помянутой работе Кодана-Шостаковича приводится дивная история. Приехала, как водится, к одному из политических жена! (с женами все совершенно так же - особое разрешение, детей с собой нельзя, оставаться до конца жизни и прочее). Но тут начальство пожелало выяснить, можно ли некоей Антонине Рашковской писать письма своим родным и родным мужа. И тут в разнообразной начальствующей бюрократии случился прецедентный затык.
Один говорит - женам государственных преступников разрешено писать письма, значит и женам политических преступников тоже можно разрешить писать письма.
Другой говорит - ничего подобного. Она, когда давала подписку на пребывание со своим мужем, согласилась на то, что у нее статус будет такой же, как у ее мужа, то есть политического преступника. А не такой же, как у жены государственного преступника. А раз политическим преступникам не положено писать письма, значит - и их женам тоже не положено писать письма.
Первый говорит - но она жена? Жена. А женам государственных преступников...
Второй говорит - но она жена политического преступника. А политическим преступникам...
Как-то эта ситуация в итоге разрешилась (кажется, злополучной Антонине все-таки разрешили писать письма). Но сила бюрократической мысли поражает воображение
А еще мне страшно "нравится" история (как раз недавно опять наткнулась на ее следы) о запрещении фотографировать ("снимать дагерротипы") с "государственных и политических преступников" (это коснулась обеих категорий) и не дай Бог рассылать карточки кому-либо из родных и знакомых. Потому что - страшная же пропаганда! Как увидят карточку седого мужика с бородой, так сразу и кинутся ниспровергать государственный строй :(
И про сумасшедшие дома, это не только с Петром Бестужевым была такая история. Например, Андреевич выходит на поселение и поскольку он неадекватен, то тоже начинается переписка с местным начальством, можно ли поместить сошедшего с ума государственного преступника в сумасшедший дом. И долго выясняют, можно или нельзя и склоняются к тому, что все-таки нельзя - вдруг он там на других сумасшедших дурно влиять будет? Потом взяли, кажется, в итоге в обычную местную больницу, где он вскоре и умер.
Отдельно прекрасна песня, как начальство внезапно обнаружило, что государственные преступники на поселении женятся (!) на местном населении (!) и это порождает поначалу целую бюрократическую переписку, потому что самый первый, Мозгалевский, успел жениться без всякого позволения властей :)) от чего власти пришли в священный ужас (как так, женился без дозволения?!), а женитьба второго по счету счастливого жениха, Юлиана Люблинского, вызывает бюрократическую переписку на полгода, после чего наконец Бенкендорф соизволил дать милостивое разрешение.
tindomerele
Nov. 11th, 2015 07:41 am (UTC)
Что-то как-то все вопросы, связанные с женитьбой случаются "внезапно'. Внезапно женятся, внезапно беременеют...
tindomerele
Nov. 11th, 2015 07:44 am (UTC)
О, слушай, фотографировать нельзя, а портреты писать можно?
naiwen
Nov. 11th, 2015 05:24 pm (UTC)
а вот это очередной рэндомный бред системы. Я тоже не понимаю, почему портреты писать можно (их даже и пересылали родственникам в Петербург, вроде бы), а тут вот приехал какой-то именитый фотограф, начал снимать карточки с "государственных и политических преступников" - и опа! низзя! был грандиозный скандал. Если руки дойдут, поищу цитаты про эту дивную историю
kemenkiri
Nov. 12th, 2015 12:32 pm (UTC)
У меня такое подозрение - "новые технологии". Их раньше не было, поэтому можно начать с начала определять, как их использовать (а как не). Вон как сейчас электронные библиотеки обсуждают, при этом всем примерно понятно, как испольховать бумажные.
Ну и к томуже - поди запрети, когда рисовать (как и версифицировать) хоть как-то может в принципе уметь любой дворянин, потому что это входит в обучение.
kemenkiri
Nov. 11th, 2015 10:13 am (UTC)
Про политических
Ага, понятно, все сложнее (но править в исходной записи уже не буду, поленюсь;-)
Про политических, конктетно поляков, у меня в голове складывается примерно так - они, как ни смешно менее опасны с этой точки зрения центральной власти, потому что в их задачи входить не менять что-то в стране в целом, а отделить от нее обратно Польшу. Если бы им это на каком-то этапе удалось, вопрос общественного устройства остальной Российской империи стал бы их интересовать явно по остаточному принципу, мягко выражаясь. И поэтому, да, какой-нибудь мелкий молодежный кружок опаснее вооруженного польского восстания - он-то хочет что-то менять именно здесь!
naiwen
Nov. 11th, 2015 05:31 pm (UTC)
Re: Про политических
На самом деле нет, с точки зрения центральной власти они были очень даже опасны, так как если бы речь шла только про ЦП, это был власть может быть еще и пережила, но там же все "Западные губернии", которые "исконно русский край", а этого власть никак стерпеть не могла. Ну и всяким мелким молодежным польским и литовским кружкам тоже доставалось по самые уши, начиная с этих злополучных "Черных братьев" (четырнадцатилетние, мать вашу за ногу), и доставалось именно что за болтовню. Вообще, кажется, российская власть болтовни боялась гораздо больше, чем реального действия. Слово - самое страшное оружие, ага. И тут ничего не изменилось ни в девятнадцатом, ни в двадцатом веке, ни доныне.
И вторая особенность системы, которая тоже ничуть не изменилась на протяжении двух сотен лет - это ее удивительная рэндомность. Никогда не угадаешь, кому и за что прилетит. Кому за болтовню достанется виселица, кому 46 лет в одиночке, а кому - пара месяцев в тюрьме, отделался легким испугом и сделал отличную карьеру. Любые варианты на любой вкус.
Я все-таки скорее склонна думать, что просто "политических" больше, и поэтому сибирская администрация не успевает уследить за всеми по всей строгости законов :) и поэтому смотрит сквозь пальцы. Но уж если сибирская администрация вдруг решала показать суровый надзор и масштаб деятельности - то возникали трагедии типа Омского дела.
Ну и вообще строгость российских законов, как известно... вот преподавать было запрещено как "государственным", так и "политическим". В любой форме запрещено преподавать - частным образом или в любом частном или государственном учебном заведении. Ну и все мы прекрасно знаем, как оно было на самом деле...
livejournal
Nov. 11th, 2015 06:28 am (UTC)
История как насмешка или о бессмысленности информацио
Пользователь error_lapsus сослался на вашу запись в своей записи «История как насмешка или о бессмысленности информационной блокады» в контексте: [...] о вокруг. Но если их постараться и тщательно изолировать, заткнув все щели, идеи не просочатся. [...]
el_d
Nov. 11th, 2015 07:33 am (UTC)
И наступает бессмертный Аверченко - "История болезни".

С уважением,
Антрекот
hild_0
Nov. 12th, 2015 09:12 pm (UTC)
Спасибо. Те. они писали за тех, кому запрещено... Великое и героическое дело делали, вот правда.
Система ломается об людей...
( 10 comments — Leave a comment )

Latest Month

February 2018
S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728   
Powered by LiveJournal.com
Designed by Tiffany Chow