?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Ну, и завершающий аккорд...

Весь текст файлом: https://yadi.sk/i/lTEoX9ud3G3HfA
Начало:
http://kemenkiri.livejournal.com/722851.html
http://kemenkiri.livejournal.com/723329.html
http://kemenkiri.livejournal.com/723613.html
http://kemenkiri.livejournal.com/724149.html
http://kemenkiri.livejournal.com/724277.html
http://kemenkiri.livejournal.com/724566.html
http://kemenkiri.livejournal.com/724940.html
http://kemenkiri.livejournal.com/725104.html


Неукраденный миллион
(Об Алексее Юшневском)


Но не на одном Пестеле (и трех пересказах Тизенгаузена) держится концепция Киянской про декабристов и финансы. А на Пестеле и Юшневском.
Параллельному изложению их биографий она посвящает отдельную статью – «Декабристы и штаб 2-й армии. П.И. Пестель и А.П. Юшневский», впервые опубликованную в книге «Южное общество. События и люди» (М., 2005), а потом дважды переизданную в книгах (ЖЗЛ «Декабристы» (М., 2016) и авторский сборник «Очерки из истории общественного движения в России в правление Александра I.» (Спб, 2009)), и дважды – в статьях(*), практически без изменений. И далее я буду чаще всего ссылаться именно на «Южное общество». В книгах, посвященных лично Пестелю («Разведчик-Заговорщик» и «именная» ЖЗЛ), сюжеты с Юшневским упоминаются, но в гораздо меньшем объеме, хотя к одному из них нужно будет подобраться именно через ЖЗЛ, потому что нигде раньше его просто нет.
В мои задачи не входит в данном случае разбирать и пересказывать всю статью о Пестеле и Юшневском (тем более, что немалая ее часть посвящена именно параллельному изложению их биографий, которое можно кратко суммировать как «огурец – совсем не то, что помидор, но оба они состояли в тайном обществе»). Посмотрим только на вопросы, связанные с финансами.

(*) Киянская О.И. Южное общество декабристов в 1823 г. // Декабристи в Украiнi: (дослiдження й матерiали). Т. 5 – Киiв: Б/и, 2007. – С. 24-30.
Киянская О.И. Декабристы и армия: план военной революции.// XIX век в истории России: современные концепции истории России XIX века и их музейная интерпретация: (сборник статей по материалам заседания Научного совета исторических и краеведческих музеев, 9-11 июня 2004 г.). – Москва: ГИМ, 2007. – С. 245 - 258.


1. Экономика должна быть экономной

Еще при начале изложения биографии Юшневского Киянская успевает зачем-то мимоходом усомниться в честности его батюшки, служившего в разных частях таможенного ведомства на западной границе России:

«Конкретными сведениями о его службе историки не располагают. Но судя по тем немалым доходам, которые принесла ему эта служба, воплощением честности таможенник Петр Юшневский не был. В начале 1810-х голов ему удалось купить два имения на Украине: село Тимашевку (Киевская губерния, 180 крепостных душ) и деревню Хрустовую Подольская губерния, 540 душ). Многие соседи по имениям были должны ему крупные денежные суммы. Естественно, что сам он и его семья жили безбедно». (Южное общество, с. 18.)
(Выделено мной – К.)

Заметим, что историкам (в роли которых – судя по ссылке – выступает Базилевич со статьей 1930 года о Юшневском, что не удивительно: это единственная крупная биографическая работа о нем) неизвестно ничего не только о службе, но и об исходном материальном положении старшего Юшневского. Например, не было ли у него другого имения, которое могло быть затем продано – тогда может оказаться, что не столь уж большой суммы недоставало.
Но и кроме этого – нет никакого сравнения цен на землю, примерного размера жалования и т.д. Заметим, я не хочу сказать, что мы можем быть совершенно уверены: Петр Юшневский на службе лишнего не брал. У нас ни для этого, ни для обратного заявления на данном этапе нет данных. (Что-то о его службе и землевладении совершенно точно есть в РГИА, но Киянской там, похоже, не было, а я ничего из этого не смотрела).
При этом Витгенштейн, у которого «в Санкт-Петербургской, Витебской и Подольской губерниях ... крестьян мужеска пола 1000 человек» (плюс жалование и прочие выплаты за генеральский чин и должность главнокомандующего), по мнению той же Киянской, «был весьма беден», «семья… жила более чем скромно» («Разведчик.-заговорщик», с. 92). И не скажешь, что земля разной ценности: они с Юшневскими соседи по имениям. Логика, где ты?...
Причем заметим: ни для чего этот тезис об отце-казнокраде дальше не служит (скажем, не говорится, что он стал для сына отрицательным – или положительным примером). Просто, видимо, дополняет картину «все воруют».
Но продвинемся ближе к событиям 1820-х годов. Для начала – немного теории. Киянская декларирует, что ответ на «вопрос о конкретике плана военной революции можно найти, анализируя служебную деятельность руководителей Южного общества» (Южное общество, с. 36).
(Выход на это утверждение я не рассматриваю подробно, он не о финансах, но снова с категоричными утверждениями и фирменным «не мог не». Мой совет, если вы где-то видите такой оборот без внятного обоснования за ним, смело сокращайте «не»: мог, очень даже мог не! Люди еще не такое могут…)
Но, возможно, есть какие-то неопровержимые доказательства такой связи? Но нет:
«Следует отметить, что размышления о связи служебной и конспиративной деятельности Пестеля и Юшневского неминуемо будут иметь характер исторической реконструкции» (Южное общество, с. 36)
(Запомните этот термин. Мне нигде у автора не попалось его четкое объяснение, а последствия бывают обычно те, что дальше Киянская предлагает схему событий… и уже в процессе, и тем более дальше рассматривает ее как несомненную реальность).
«Документов, непосредственно подтверждающих эту связь, на сегодняшний день не существует. Вряд ли такого рода документы вообще когда-нибудь найдутся: если они и были, то заговорщики наверняка уничтожили их перед арестом.
На сегодняшний день можно говорить только о двух независимых группах источников: одна характеризует служебную деятельность заговорщиков, вторая – конспиративную. Задача данной работы – установить связи между этими двумя группами и попытаться найти в действиях Пестеля и Юшневского логику, продиктованную их стремлением произвести реальную революцию в России». (Южное общество, с. 36).
(Выделено мной – К.)

А если этой связи там нет или логика внезапно продиктована чем-то другим (задачами службы, например)? Видимо, тем хуже для нее.
И еще раз обращу ваше внимание – не какие-то архивные документы сами по себе открыли автору глаза на связь службы и конспирации, это уже ее интерпретация документов.
Посмотрим, насколько убедительная.

Пропуская большой кусок «про интриги», мы оказываемся в 1823 году. О нем у Киянской самое решительное мнение – в этом году Павел Пестель запланировал вооруженное выступление, но случилось так, что оно не состоялось.
Да, именно Пестель, а не Васильковская управа… Доказательства? Они находятся довольно решительно. Вот заседание на киевских Контрактах в начале года. Киянская берет ответы, записанные, напомню, не в чистом поле по своей воле, а на следствии, которое, в частности педалировало определенные темы. И говорит – цареубийство, обреченный отряд? Это все неактуальные темы. Это Пестель всех связывал круговой порукой. Зачем? Чтобы восстать.
А еще в Петербурге побывали несколько посланцев с Юга. Правда, никто из них не говорит, что их целью было устроить выступление в 1823 году. Вот, Барятинский говорит, что выступление в 1823 году упоминал, но исключительно чтобы (напугать Никиту Муравьева) побудить Северное общество действовать поактивнее. Но Киянская этому объяснению не верит – сказал «1823», значит, точно он, «вряд ли Пестель решился бы на такую грубую и примитивную ложь» (Южное общество, с. 64)… (Ну так это и не Пестель!..)
Ну и, конечно, финансы. Разберемся с ними подробнее.
«В самом начале 1823 г., очевидно, за несколько дней до киевского съезда, генерал-интендант составил и отправил в Петербург, в Главный штаб, смету армейских расходов на 1823 г Конкретную сумму заявленного бюджета установить на сегодняшний день не удалось. Но документы свидетельствуют: для содержания 2-й армии Юшневский запросил сумму, в несколько раз большую, чем та, которой армия «довольствовалась» раньше. (…)
Судя по резкой и мгновенной реакции царя и последовавшим за этим событиям, предполагаемое увеличение было очень значительным». (Южное общество, с. 62)

(Выделено мной – К.)
Непонятно, откуда берется сумма «в несколько раз» большая. Измеряется по размеру реакции царя?
Но если поверить, что увеличение было именно таким, то это редкостный скандал. Какие же за этим «последовали события»? Арест? Отставка? Суровое требование объяснить, куда столько денег?
Нет! Приезд ревизора с целью сократить расходы, потому что император пытается их сократить по стране в целом, а значит, и военные тоже… Мало того, узнав о недовольстве царя, Юшневский сам до приезда ревизора успел сократить сумму почти на полтора миллиона (точнее, на миллион четыреста тысяч). (Южное общество, с. 65, 103). Как мы помним, от неизвестной суммы.
Но, к счастью, наука не стоит на месте, и Киянская вместе с ней. И в ЖЗЛ, посвященной Пестелю(*) (кстати, того же года издания, что и «Южное общество»!), мы уже видим конкретную цифру:
«Для содержания 2-й армии Юшневский запросил сумму в 10 миллионов 600 тысяч рублей. И эта сумма оказалась на один миллион рублей больше, чем та, которой армия «довольствовалась» в 1822 году». (ЖЗЛ, с. 206.)

(*) О.И. Киянская. Пестель. М., 2005.
http://sd-inform.org/upload/books/Political%20history/1825/Kiyanskaya_Pestel.pdf

Итак, 1 миллион из 10 с хвостиком. На девять с половиной процентов больше, чем в прошлом году, а не «в несколько раз»!
Возможно, магическая круглая цифра «миллион» наводила на мысли о огромных превышениях… но никогда не мешает посмотреть, сколько в те времена составлял хотя бы бюджет всей армии. Это задает настоящий масштаб цифрам. Вот данные, встретившиеся мне в одной из статей по военной истории со ссылкой непосредственно на документы РГВИА: 1820 г. – 180 миллионов, 1825 г. – 150. Это составляло 35-40 % государственного бюджета. (Корнилов В.А. Рекрутская повинность и внутреннее состояние русской армии в первой половине XIX века. // Вестник Московского городского педагогического университета. Сер.: Исторические науки. 2008. Вып. 1. С. 12. http://www.reenactor.ru/ARH/PDF/Kornilov.pdf ) По-видимому, конец александровского царствования, вообще прошел под знаком сокращения военных расходов, изрядно выросших во время войны и в первые послевоенные годы, – но при Николае они снова поползли вверх.
Мало того, если «на миллион больше» - это не приблизительная, а относительно точная цифра (к сожалению, в ЖЗЛ нет ссылок на источники), то получается, что далее сам Юшневский еще до приезда ревизора благополучно сократил сумму больше, чем добавлял.
Честно говоря, мне приходит в голову принцип, до сих пор здравствующий в различный бюджетных и да и вообще добывающих где-то деньги учреждениях, проектах и т.д.: просить «с запасом» - потому что столько, сколько просишь, все равно не дадут. Поскольку бюрократическая система Российской империи пережила падение и царизма, и социализма, не исключено, что принцип этот сильно не нов.
И еще один интересный момент. Как я уже говорила, статья о Пестеле и Юшневском после «Южного общества» - и после ЖЗЛ с конкретной суммой - переиздавалась два раза. Один из них – в той же серии ЖЗЛ. Но в обеих публикациях так ничего и не изменилось. В частности, осталась формулировка «в несколько раз» и неизвестная сумма. Даже и не знаю, что тут сказать.
Ну, и о причинах, как они видятся Киянской.
«Неосторожные действия генерал-интенданта, сразу же попавшего под подозрение о злом умысле, можно, конечно, попытаться объяснить заботой о нуждах армии. Однако вряд ли Юшневского настолько волновали армейские нужды, что ради них он был готов даже открыто нарушить предписание императора. Верно другое: именно в 1823 г. Пестель планировал начать военную революцию. Для движения армии требовались деньги, и Юшневский попытался добыть их вполне легально, путем увеличения бюджета» (Южное общество, с. 63).
На мой взгляд это просто образцовый пример аргументации от Киянской. Берем человека, который несколько лет тщательно и честно трудился в своей должности интенданта армии, и одной фразой всю это деятельность отбрасываем – «Однако вряд ли Юшневского настолько волновали армейские нужды»! Берем идею, которую не подтверждают даже его товарищи по обществу, даже на следствии – и объявляем, что именно она и верна! Обоснований никаких – «вряд ли» и «верно другое».
Предоставляю читателям судить об обоснованности этой логической конструкции.
…и не берем, например, письма Юшневского Киселеву. Потому что они хранятся в РГИА, а Киянская там, кажется, не была и не знает об их существовании (и при этом время от времени подробно рассуждает на тему отношений этих двоих)…
И вот, например, в ноябре 1822 года Юшневский пишет Киселеву, что нужно бы начинать закупки на следующий год, а свободных денег нет, и у военного министерства тоже нет (в качестве желаемой суммы упоминается, кстати, миллион!), зато оно сообщаетет, что первой армии сумму на следующий год убавили на 9 миллионов… (Первая армия больше Второй).
«Так как не от Военного Министерства зависит подать нам руку помощи, то я ласкаю себя надеждою, что Государь сжалится над нами и прикажет подкрепить по возможности. В противном случае не будет никакой возможности учредить продовольствие Армии.» (РГИА, фонд Киселева)
Итак, совершенно внезапно (писем там немного и нет никакой гарантии, что сохранились все) мы, кажется, выясняем, почему Юшневский собирался именно государю императору представить увеличенный бюджет, на что мог потребоваться пресловутый миллион – и что грядущие расходы, скорее всего, были с некоторой подробностью расписаны, что и могло дать надежду, что император согласится с ними.
Можно, конечно, сомневаться решительно во всем, и в правдивости написанного Киселеву тоже… Но, в общем, я не знаю, какой резон предпочитать тому, что написано прямым текстом и без всякого принуждения, то, что не написано нигде даже по принуждению (то есть на следствии).
Так что если без паранойи, то для того, чтобы связывать попытку увеличить армейский бюджет на 1823 год с планами декабристов, нет никаких оснований. Причины всей это коллизии лежат в пределах вопросов армейского хозяйства.
(Кстати, в РГВИА хранится увесистое, страниц на 200 с лишним дело о сокращении бюджета, и Киянская его упоминает в списке литературы к ЖЗЛ – так что невозможно понять, что именно она оттуда извлекла. Дело я видела, но не смотрела толком – это на сидеть долго и вникать, там множество докладных записок о конкретике – закупочных ценах в разных местностях, о том, сколько провианта нужно каждому конкретному полку и т.д. – т.е. пресловутые миллионы распадаются на много мелких кучек. И пишут обо всем этом и Юшневский (не раз), и ревизор Абакумов, и Киселев, и даже Инзов с Сабанеевым – о бессарабских реалиях. Словом, куча конкретики, и никакой революции, и все это еще ждет вдумчивого читателя).
И немного о том самом ревизоре и его деятельности.
Это был некто А.И. Абакумов, директор Провиантского департамента Военного министерсва (Киянская собирает о нем биографическую справку, и это, кажется, вполне безобидный и полезный фрагмент статьи).
«Абакумову понадобился всего месяц, чтобы разобраться с бюджетом. Он изыскал средства к еще большему сокращению расходов, чем вызвал новый взрыв негодования начальника штабом. Вообще же выводы о состоянии интендантства, которые сделал Абакумов, оказались весьма благоприиятными для Юшневского. Абакумов отмечал энергичную деятельность генерал-интенданта по составлению интендантских отчетов, его рачительность в деле сохранения казенных средств, «исправность» поставщиков продовольствия для армии» (Южное общество, с. 66)

Далее следует полтора абзаца, где Киянская ищет обоснования этому явлению в интригах: Абакумов, мол, не хотел портить отношения с Витгенштейном (кто он ему?! – К.), Витгенштейн не хотел портить отношения с Юшневским, Киселеву пришлось с этим смириться…
Честно говоря, не понимаю, почему в рамках избегания лишних сущностей не предположить, что если Абакумов пишет, что ему понравилось, как работает интендантство 2 Армии, дело в том и было, что ему это и правда понравилось? А Киселева, как следует из писем, которые Киянская цитирует, больше всего злил тот факт, что в армию прислали проверяющего со стороны, а не предложили это сделать самому Киселеву (см. Южное общество, с. 102-104).
Но – внимательно следим за руками – итак, нам только что сказали, что Абакумов сделал благоприятные выводы о Юшневском и его ведомстве.
И далее, на той же мы странице, мы читаем:
«Для того, чтобы спасти репутацию Юшневского, главнокомандующий решился на весьма рискованный поступок. Отправляя императору подлинник рапорта Абакумова, он приложил к нему и свою «докладную записку»…» (с предложением повысить Юшневского «для поощрения» в следующий чин, - что и было сделано) (Южное общество, с. 66).
Так отчего, учитывая содержание рапорта, нужно было «спасать репутацию Юшневского»? От благоприятного отзыва ревизора?
Я не знаю, заморочил ли автор себе голову интригами и неподтвержденными планами заговора сам – или пытается заморочить читателя. Но если пытаться читать документы так – не по их реальному содержанию, а подгоняя к заранее высказанным тезисам, реальности порой противоречащим, - могут получиться вот такие курьезные (если внимательно присмотреться) выводы.

Нужно сказать, что история «про миллион» оказалась (видимо, благодаря «громкой» цифре) довольно живучей, и помимо публикаций собственно Киянской, обнаруживается в самых разнообразных местах.
Например, в прессе.
(http://www.aif.ru/archive/1646924 С. Осипов «Декабристы разбудили Герцена и украли миллион», заметка в «АиФ» 2005 г., для того времени зело характерная, - впрочем, история про Юшневского и миллион там дана как слова собственно Киянской. С.Э Эрлих (в книге «Война мифов» М., 2016 – с. 88) говорит, что слова Киянской там «вырвали из контекста», что при публикациях вполне бывает - но ничего противоречащего ее построениям, разобранным здесь же, там нет. Есть недоговоренности – и заголовок откровенно лукавит: даже в построениях Оксаны Ивановны, как мы видели, не утверждается, что миллион был получен «на руки».
https://regnum.ru/news/polit/1505620.html - Станислав Тарасов: Бессарабия 1825 год. Император Александр Первый и заговорщики. 3 Марта 2012, 20:17. REGNUM
http://nashahistory.ru/materials/evgeniy-kiselev-dekabristy-istoki-dvizheniya-i-masshtaby-zagovora-v-armii Е. Киселев. "Декабристы - истоки движения и масштабы заговора в армии" – материал для обсуждения в неком «Историко-дискуссионном клубе», год неясен.
Или на выставке «Романовы» (теперь на постоянной основе поместившейся с другими историческими экспозициями того же ряда на ВДНХ) – на тематическом стенде «про декабристов». Сошлюсь на свои впечатления, - тогда для меня этот концепт был в новинку: http://kemenkiri.livejournal.com/582177.html
Или в Википедии – внезапно в статье не о Юшневском, а о Петре Михайловиче Волконском.
При чем здесь он? А это как раз тот фрагмент сюжета, который прирос именно в ЖЗЛ о Пестеле, и именно туда мы сейчас и посмотрим.