Kemenkiri (kemenkiri) wrote,
Kemenkiri
kemenkiri

"Не раб Моргота" - очередное продолжение.

С вероятностью, предпоследнее или около того.
2 сцены, в одной из которых, боюсь, ничего не понятно (хотя меня иногда греет мысль, что можно догадаться - если учесть предыдущие сцены), а в другой читатель так и не узнает самого интересного...

*

На следующий день старик проснулся поздним утром – никто и не думал будить его раньше. Отбросил одеяло, сел – и только потом с некоторой заминкой припомнил, где он теперь. Да… в замке Амон Эреб, в комнате, в которую его отвели вечером – которую ему отвели… в которой его сейчас более всего притягивает светлое пятно окна. Он прошел между столом и лавкой (мимоходом примечая, что умыться и подкрепиться он сможет и до прихода сюда кого бы то ни было – все необходимое ему оставлено) и, прислонившись к стене, заглянул в оконную нишу.
…Так можно разом сделать несколько дел – увериться, что он и вправду оказался там, где полагает; понять что же именно являет собой эта крепость Амон Эреб и жизнь в ней… А еще вид на небольшой, окруженный стеной двор подтверждал его вечернюю догадку, сделанную уже в темноте: комната находилась невысоко. Не на самом нижнем этаже (там наверняка только склад, мастерские и конюшня), но близко к земле. Не на башне. Может быть, это и случайность – например, именно здесь всегда были комнаты для приезжих, - но добрая. Если еще бывают добрые случайности.
А здешняя жизнь – да, он идет, вот прошел кто-то через двор, вот выезжают за ворота… а ведь он даже знает, кто выезжает, как ни мало известно ему здесь. Это дозор, тот самый – его дозор. И выезжает, похоже, не в полном составе: в воротах так и задержались двое и ведут разговор. А поскольку в жестах они себя не ограничивают, старик даже может попытаться что-то понять… или просто – увидеть и запомнить. Первым был командир дозора – он спешился и стоял около своего коня; второй остановился в повороте, так, что лица из окна и не увидеть, но старик все же узнал своего вчерашнего «сторожа» (а волосы у него, оказывается, отчетливо рыжеватые… ведь не приметилось вчера, и уже не вспомнить: то ли воин так и не снимал подшлемную шапку, то ли в сумраке комнаты не углядел). Воин просил, его командир качал головой. Потом – сам, пожалуй, попросил о чем-то, успокаивающе положил руку на плечо… но снова отказывал. И нетрудно понять, в чем – вот он кивнул в завершение, вскочил в седло, отправился догонять остальных… Не позволял уехать с собой, с ними – ведь так?
А получивший отказ так и остался стоять – у ворот, точнее, у примыкающей к ним стены, лицом к ней… даже можно, наверное, сказать – лицом в нее. Пока, через недолгое время не повернулся, чтобы побрести по двору – походкой того, кто не очень-то смотрит… не очень-то знает, куда идет. Смотревшему в окно был слишком ясно знаком такой шаг, он даже чувствовал его сбивчивый ритм… Теперь – чувствовал и знал, как легко можно набрести, не видя, на что-то – или на кого-то, как и сейчас этот рыжеватый эльф и не подумал увернуться от другого, шедшего ему навстречу (похоже, к воротам, закрыть их)… И вот они стоят друг напротив друга, вместо того, чтобы разойтись, и даже, похоже, без слов… может быть, поэтому старику и чудится повисшее между ними напряжение?
Они чем-то неуловимо похожи, хотя второго старик видит только со спины, в одежде воинов вообще бывает много схожего, а волосы у него другого оттенка…
А напряжение вдруг закончилось. Лопнуло. Это второй с размаху положил руку на плечо товарищу, что-то крикнул в сторону (и к воротам пробежал кто-то еще) – и эти двое медленно побрели куда-то из поля зрения старика, хотя он может очень просто ответить, куда – к замку… к тому самому замку, по которому, наверное, уже бродят его вчерашние вести.
Не их ли он и наблюдал сейчас – свои вести? И может быть, оттого ему и кажется, что случись ему сегодня пройти по переходам и залам, он вполне может увидеть этих двоих – в каком-нибудь углу, в обществе оплетенной бутыли или фляги вина? …А возможно, их будет и больше, чем двое…
Да только он вряд ли соберется далеко уйти от этой комнаты – только если с ним, конечно, пожелает уже сегодня продолжить разговор лорд Маэдрос…

*

Старик не ошибался – его действительно ожидала встреча с лордом Маэдросом – в тот же день, и даже до того, как окончательно стемнело.
И вот что странно – почему ему кажется, что он, гость, сейчас – более спокоен и менее напряжен, чем хозяин, который после приветствия и нескольких простых фраз явно не знает, как же продолжить разговор. Хотя, возможно, это ему действительно кажется – в тенях и отсветах нескольких светильников, не разгоняющих общий полумрак?
Но неловкое молчание длится, и потому, откинувшись в непривычно удобном кресле – глубоком и мягком, хотя в нем вовсе не тонешь, - он начинает непростой разговор сам.
- Говори, о чем ты желаешь услышать от меня, лорд. Я твой гость, да еще и твой должник, пожалуй… А отплатить могу только одним – тем, что еще знаю и помню.
Лорд Маэдрос поднимает взгляд от стола (поверхность которого наверняка давно знакома ему во всех подробностях), а старик между тем продолжает:
- Думаю, ты желаешь узнать – и в том твое полное право, - что же именно стряслось со мной на Севере, у Врага – не знаю, что из слухов о том успело добраться сюда, и что из них хотя бы похоже на правду – вести по Белерианду теперь ходят, как я вижу, из рук вон плохо… А еще, полагаю, ты желаешь узнать, как я выбрался оттуда… А то ведь дело-то темное, в Дор Ломине вон решили просто – явился через Анфауглит с вооруженным отрядом – он этим отрядом, видать, и командует…
Маэдрос резко выдохнул и на мгновение прикрыл глаза. Похоже, ему и впрямь оказалось легче заговорить после этих слов.
- Да, я хотел бы знать. О том, что еще может сделать Враг, и до чего он додумался. Но – не поперек твоей воли, и – твоих сил тоже. Ты, я думаю, сейчас ощущаешь себя на диво свободным и далеким от него… Но все не так просто, хотя я еще во времена мира знал, что дурная слава о тех, кто вернулся, бежит впереди них и увеличивается в росте с каждым шагом, так, что ее легко испугаться до дрожи… Но я боюсь не этого морока. И потому хочу спросить тебя о другом – но тоже из глубин твоей памяти…
- О чем же, лорд? – старик был озадачен. Он угадал напряжение, но не его причину. Что же тогда? Еще глубже? – Видимо… ты хочешь узнать от меня о Дагор Нирнаэт? Да, эти несколько дней уже далеко от сегодняшнего, а я – от того, кто сражался в ней, - но они были. И я сражался на западе, совсем рядом… что ты хотел бы услышать?
Маэдрос медленно покачал головой.
- Я знаю… знаю по крайней мере самое важное из всего: Тургон теперь – Верховный король Нолдор. Он произнес последнюю фразу очень четко, словно повторяя сказанное однажды и затем не раз повторенное, - и добавил: - Вряд ли ты сможешь это опровергнуть - и даже дополнить.
- Тургон? – голос старика был неожиданно насмешлив и резок. – Думаешь, он ответит, когда ты его позовешь?
Он обещал хранить тайну Гондолина, а вовсе не скрывать свое мнение о брате короля Фингона.
Маэдрос не удивился его словам, и снова заговорил как о давно решенном:
- Я и не позову его – теперь. Но если позовет он, я приду. Постараюсь суметь прийти. – И добавил в ответ на недоверчивый взгляд старика: - Это не надежда и не ожидание. Это просто необходимое условие для того, чтобы я был вправе сказать – Верховный король.
- Быть может, и так… Но ты так и не назвал свою просьбу, лорд.
Маэдрос заговорил, и на лице его отражалось что-то подобное невнятной полуулыбке, пожалуй, странной после этих слов.
- Да, Талион. Ты сказал «рядом» - о битве, хотя речь я веду не о ней. Я знаю, и я… помню, что это «рядом» началось намного раньше дней битвы…
Он еще раз вздохнул – словно сбрасывая еще один слой напряжения, и становясь – перед удивленным взглядом собеседника – каким-то совершенно другим собой, продолжил – не так же легко, но уверенно и с непреодолимой силой в голосе:
- Ты ведь жил в Хитлуме в те дни, до Битвы. Так расскажи мне что-нибудь о них, слышишь? Хотя бы немного и даже совсем не важное…
Силой… или мольбой? Странно, но его слова вмещали и то, и другое.
Старик выпрямился, развернулся к Маэдросу (хотел даже встать, да передумал) и весомо произнес:
- Ты требуешь немалого, лорд. Дни до битвы – драгоценное золото, мало кто сохранил его в памяти без изъяна… думаю, даже твои незабывающие эльфы. Я приму твою просьбу – но потребую платы. Я ведь тоже, как и Турин, сын Хурина, в недобрый час столкнулся с гномами – и все же успел кое-что перенять у них.
Маэдрос не спрашивал его. Он ждал ответа – снова напряженно.
Старик пробуравил его взглядом и продолжил:
- Не расскажешь ли ты мне в ответ… о Химринге, лорд? Я не видел его… до битвы, а потом – нечасто, неясно, да и не очень-то мне смотрелось туда… да и не на что было уже смотреть, уж прости меня. Сначала там еще стояли орки, да как-то… не прижились, так что потом – только пустой замок, камень в снегу… Он, должно быть, бывает и без снега, но так уж увиделось тогда…
Маэдрос какое-то время смотрел – не на гостя, а сквозь него (быть может, разглядывая видение – камень в снегу), а затем негромко спросил:
- Так их действительно… более не бывает там? Орочьего гарнизона.
- Как-то не видел. То ли нужда в нем пропала, то ли просто… не вышло.
- Да.
Он, наверное, мог бы ответить «Хорошо», если бы это слово не противоречило настолько тому, о чем шла речь.
Теперь старик молчал, ожидая ответа.
А Маэдрос снова, несмотря на печальный предмет разговора, словно обрел в нем новые силы.
- Что же… я принимаю твою цену, Талион. Ты тоже просишь немалое, - в том числе и по времени, которое нам придется потратить. Так что располагайся удобнее, друг. Если пожелаешь, я могу и начать, а ты – ответить…
Вряд ли на лорда Маэдроса снизошло тогда прозрение, но разговор их действительно закончился за полночь…

UPD: предудущие выпуски находятся тут -
http://kemenkiri.livejournal.com/191657.html#cutid1
http://kemenkiri.livejournal.com/192112.html#cutid1
http://kemenkiri.livejournal.com/192314.html?nc=6
http://kemenkiri.livejournal.com/192923.html#cutid1
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 12 comments