Kemenkiri (kemenkiri) wrote,
Kemenkiri
kemenkiri

Categories:
  • Mood:

И о свободном сюжете...

Это чистой воды хулиганство с моей стороны. Во всех смыслах.

Во-первых, здесь не будет ни слова о ВСК... да и об играх вообще... Потому что здесь будет очередной ПЕРЕВОД ФАНФА.
От девы Клото. Переведенный Мышами... чуть ли не полтора года тому как.
Хотела вывесить до игры, не успела - так что теперь. Некоторые, как я помню, уже *давно* этого текста ждут...

А "свободный сюжет" таки будет. Потому что автор поменял одно условие - а именно, кстати формулировку КЛЯТВЫ - и пошел смотреть возможное развитие событий. От разных хронологических точек 1й и даже 2й Эпохи.
4 варианта - "плохих", "хороших", неопределенных... Кое-где ночевали Лосты, где-то - только буйная фантазия автора.
Словом, изучайте!

Clotho123
Четыре истории, которые никогда не случались

(хотя и могли бы)


Оригинал: http://community.livejournal.com/silwritersguild/54488.html


Объяснение: Экспериментальный текст, написанный на конкурс альтернативок. Он начинается с перемены одного обстоятельства, а затем идут четыре разных варианта возможных последствий. Я старалась имитировать стиль «Сильмариллиона» в этом тексте и поняла, что это гораздо труднее, чем кажется!

…Тогда Феанор проклял имя Мелькора, которого он назвал Морготом, и объявил, что он вырвет свет Сильмарилов из его рук, какой бы долгой ни была борьба и высокой – цена. Но Финголфин встал перед толпой и заговорил против Феанора, и обвинял его, говоря, что вся его показная скорбь была не о смерти отца, но более всего об утрате Камней, и только для того, чтобы вернуть их, отправляется он теперь в путь. И Феанор громко возгласил, что это не так, и на площади Тириона произнес он страшную клятву – и семь его сыновей, подскочив к нему, также поклялись – именем Илуватара, которое никому не следует призывать в клятвах. Они клялись преследовать Моргота ненавистью и местью – и не прекратить преследование, пока смерть Финве не будет отомщена.
Финголфин говорил против Феанора и называл его слова святотатством, но большая часть Нолдор кричала о мести и желала выступить, не медля…

1.

Феанор пришел в Альквалондэ и говорил с Олве, желая убедить Телери присоединиться к мятежу или хотя бы дать корабли, чтобы воинство Нолдор могло переправиться через море. Но Телери не желали возвращаться в Средиземье, и Олве холодно выслушал его, но когда Феанор заговорил о своей ярости и скорби о смерти Финве, и тогда Олве был тронут, ибо Финве был его близким другом. И все же он считал поход делом глупой поспешности, совершенным против воли Валар, и сказал Феанору, что белые корабли Телери – это самые дорогие их сердцу творения, которые они не смогут создать вновь; однако он не вовсе отказал ему, но сказал, что будет размышлять о его просьбе. Тогда Феанор ушел из Альквалондэ, хотя сердце его горело и он очень спешил идти вперед.
Но Финголфин подошел с остальным воинством, и когда он услышал, что произошло между Олве и Феанором, сердце его воспротивилось походу, хотя он не желал, чтобы думали, что он меньше любил своего отца. Тогда Финарфин отправился к Олве и сказал ему, что поход не был запрещен Валар, и говорил ему о тех родичах Телери, что еще живут в Средиземье, в то время как Моргот бежал туда, и обещал позаботиться о том, чтобы корабли Телери вернулись благополучно. Тогда Олве согласился дать корабли, и Нолдор погрузились на них и переплыли через море в Средиземье…

Тогда Моргот отвел свои силы за стены Ангбанда, ибо увидел, что Нолдор не так легко победить. Среди Нолдор тогда начался спор, и Финголфин желал построить крепости, ибо он видел, что башни Ангбанда не падут легко, с какой бы доблестью ни сражались Нолдор. Но Феанор не желал и слышать о задержке или передышке в борьбе, и как прежде, он склонил сердца Нолдор своими словами, и они решили бросить все силы против Ангбанда, покуда не разрушал его башни – или погибнут сами.
Тогда Моргот рассмеялся в сердце своем, ибо он видел, что враги его пришли поспешно и мало подготовленные. И он отступил, как бы из страха, но когда Нолдор подошли ближе к его стенам, тогда он выпустил свое воинство на их лагерь, и Нолдор были окружены и разбиты. Тогда пал Феанор в первых рядах битвы, и пал Финголфин, сражаясь рядом с ним до последнего, и многие иные принцы были убиты. Те из Нолдор, кто не пал, рассеялись и бежали прочь, или же были взяты в плен Морготом и стали его рабами, и в страхе работали на него впредь. Тяжко легло правление Моргота на Белерианд, и когда в более поздние дни Люди, что отвергли Моргота, пришли с Востока, они не нашли спасения от Тени, или надежды на него, и пути Эльдар и Людей не сошлись, и не осталось никого, кто спел бы о судьбе Нолдор…

2.

…Тогда Финрод говорил перед народом, напомнив о своей клятве Барахиру, и объявил, что он должен помочь сыну Барахира в нужде. Келегорм и Куруфин говорили в ответ, и они напомнили о силе Ангбанда, которой не могут противостать даже все эльфийские королевства.
И Финрод сказал им: «Ваши слова справедливы, Сильмарил нельзя добыть военной силой, и я не буду губить жизни моего народа. Но моя клятва остается в силе, и потому я ухожу от моего народа, чтобы помочь сыну Барахира так, как смогу».
Тогда выступили многие и пожелали идти с ним, но он избрал только десять спутников, поскольку надежда была на скрытность, а не на силу. И он отдал свою серебряную корону на сохранение Ородрету, но также поручил своим родичам Келегорму и Куруфину охранять его народ…
Ородрет принял Лютиен с честью, но не позволил ей уйти из Нарготронда, ибо он боялся заслужить гнев Тингола, и послал вестников в Дориат сказать Тинголу, что его дочь в безопасности. Но Лютиен заговорила с Хуаном, псом Келегорма, который сжалился над ее любовью…

…Тогда Гвиндор был охвачен безумием, и вырвался вперед, и многие всадники с ним, увлекая за собой остальное войско. И видя, что невозможно удержать тех, кто последовал за Гвиндором, Ородрет приказал, чтобы затрубили трубы, и вместе с Келегормом и Куруфином повел все войско Нарготронда. Отряд прорвался к воротам, убив стражей на ступенях, затем они подошли ближе – и попали в засаду, но войско Нарготронда подошло вовремя, и слуги Моргота не смогли закрыть двери.
Видя это, Фингон надел свой сверкающий шлем, и все войско Хитлума бросилось вперед с холмов и пронеслось до самых стен Ангбанда. Тогда Моргот выслал войско, которое он держал в резерве, - они вышли тайными путями, и эльфийское воинство дрогнуло. Но Тургон и воины Гондолина пришли через теснину Сириона – и битва кипела у самых стен Ангбанда, и врата его оставались открытыми, хотя эльфы не могли собрать силы, чтобы войти внутрь.
Наконец наутро вдалеке прозвучали трубы Маэдроса – его воинство шло с востока. Тогда Моргот бросил в бой последние силы, и вышли волки балроги и Глаурунг, отец драконов. Но одна из частей его замысла не сработала, поскольку люди Ульдора предателя были в смятении, увидев сломанные Врата Ангбанда, и бежали, не ударив в спину эльфам. И потому воинство Востока держалось крепко, и силы Моргота были атакованы с двух сторон, и были наконец разбиты и бежали. Тогда эльфы, торжествуя, вступили в Ангбанд, но Моргота они не нашли, ибо его дух покинул тело и бежал на Восток, ослабев и пребывая в страхе, бросив свой трон и железную корону. Так эльфы вновь обрели сильмарилы и освободили пленников, что томились в Ангбанде, и с торжеством разрушили до основания его стены…

3.

Тогда Моргот послал войско на Дориат, ибо Завесы Мелиан больше не было, и он хотел атаковать, пока Синдар были еще ослаблены битвами с гномами. И Диор искал помощи, но Нарготронда более не было, а народ Кирдана был слишком далеко. Но сыновья Феанора, хотя они и не любили Синдар, вспомнили о своей древней вражде с Морготом, и когда войско Ангбанда пыталось окружить Дориат, они собрали все силы, какие могли, и какое-то время не давали кольцу сомкнуться.
Тогда пал Диор, до последнего защищая свою землю, и там пала Нимлот, его супруга, - и ни одно сказание не говорит о судьбе их сыновей. А на восточных границах Дориата пали Келегорм и Куруфин, и темный Карантир, и так древняя распря между родом Феанора и родом Тингола была утолена. Менегрот был захвачен и разграблен, но немногие все же сумели бежать, и с ними был Сильмарил и Эльвинг, дочь Диора…

Когда Эарендил уплыл, Моргот напал на Сирион, вновь желая захватить Сильмарил. И сыновья Феанора, что были вытеснены из Восточного Белерианда и жили в укрытии в диких землях близ Сириона, послали помощь, и там погибли Амрод и Амрас, но все оказалось напрасно, ибо войско Моргота было огромно, и в нем были драконы и балроги. Тогда город у Сириона был взят и опустошен, и Эльвинг, как говорят, взяли в плен, и Моргот снова носил в короне ее Сильмарил…

Теперь все, кто остался от свободных народов Белерианда, нашли убежище на Баларе. Здесь на время была у них передышка, ибо у Моргота не было власти над морем. Но преступные замыслы Моргота не истощились, и наконец он построил корабли и отправил на них своих слуг. Оссе поднял ужасный шторм, чтобы остановить Моргота, но за каждым утонувшим кораблем плыл еще один, а затем появились крылатые драконы и по приказу Моргота тянули корабли по морю.
Никакие сказания не рассказывают о Падении Балара, но говорится, что Моргот не брал пленных, но приказал убивать всех. Огонь и разрушение царили на Баларе, убивая без помех. Из Синдар и Эдайн некоторые еще раньше бежали за горы, но из Нолдор не осталось никого, кроме тех, кто был захвачен Морготом раньше, став его рабами.
Орлы принесли в Валинор вести о падении последнего оплота Белерианда, и эльфы, услышав о том, собрались в скорби. Среди них был спор, ибо Валар все еще держались в стороне, и наконец в скорби о своих родичах Ваньяр и оставшиеся в Амане Нолдор вооружились и отправились в путь против желания Валар. Телери не хотели присоединяться к ним в битве, но дали корабли, чтобы перевезти своих родичей в Средиземье.
Знамена эльфийского воинства были прекрасны, трубы их звонки, а мечи – холодны. И армии Моргота оказались в смятении, ибо полагали, что все их враги уже разбиты. Однако потери эльфийского воинства все же оказались велики, но в конце концов их враги были разбиты, и Моргот покинул Белерианд как черный дух, полный ненависти.
Но прекрасные земли Белерианда были совершенно разрушены, и не осталось от них никакой доброй вещи и никакой памяти. Люди из страха не пришли на помощь эльфам и после из-за стыда не имели с ними дел, но бежали при их приближении, и былой дружбы двух народов более не было. Сильмарилы, как говорят, пропали при разрушении Ангбанда, а те рабы, что были освобождены, были все сломлены. Никогда более не появлялись в Средиземье прекрасные эльфийские королевства.
Те эльфы, что уцелели, отплыли на Тол Эрессеа, ибо они не могли более вернуться в Эльдамар, а сама память о них изгладилась.
Некоторые также говорят, что Эарендил Мореход в конце концов пересек море, и он пришел в Альквадонде, но белые корабли уже отплыли, - и он прошел по улицам Тириона, но они были совершенно пустынны. Тогда он понял, что его путешествие было напрасным, вернулся на корабль и поплыл к дому. Но когда он приплыл к Сириону, то увидел, что город сожжен и разрушен, и не осталось в нем никого, кто рассказал бы о судьбе Эльвинг. Тогда Эарендил снова отплыл в море, и некоторые говорят, что он странствует до сих пор и будет странствовать до конца мира…

4

(Авторское примечание к № 4 (остальные см. в конце текста! – Мышь.)

В целом предыстория здесь та же, что и в предыдущем тексте, кроме того, что миссия Эарендила совершилась, как в каноне. Хотя этот текст едва ли требует комментария, это всего лишь небольшое «что бы могло быть». Что случилось дальше – целиком зависит от воображения читателя…)

Тогда многие из Нолдор и Синдар сели на корабли и отплыли на Запад, но другие оставались еще в Срединных землях, и среди них были все из рода Финве, что еще были живы. Гил-галад, Верховный король, жил в Линдоне, и большая часть Нолдор, которые остались, жила с ним, но Маэдрос и Маглор вместе с сыном их брата Келебримбором и некоторые другие избрали путь на Восток за горы. Там со временем пришли они в Эрегион, что у западных врат Мории, и там они жили, будучи в дружбе с гномами Мории, и каждый из народов учился у другого.
Говорится, что в то время Саурон, слуга Моргота, вновь принял зримый облик, и пришел к Эльдар в прекрасном обличии, назвавшись Аннатар. Сперва он отправился в Линдон, но Кирдан мудрый не поверил страннику, и Гил-галад опасался его и холодно приветствовал Саурона. У озера Эвендим жила тогда Галадриэль, дочь Финарфина, и супруг ее Келеборн, но она также не доверяла Саурону, не веря, что Валар могут отправить посланника к Нолдор, что отказались от их прощения.
Последним Саурон посетил Эрегион. И здесь его рвение выдало его, ибо Маэдрос помнил дух Саурона со времени своих мучений, и хотя Саурон принял новый облик, взгляд Маэдроса не обманулся. Саурон бежал из Эрегиона и пришел наконец на восток, и здесь он нашел людей, которые доверились ему, Эльдар же он вспоминал с ненавистью.
И когда он решил, что время настало, он пришел в Нуменор, а то было время, когда Тень уже пала на сердца людей, и они открыто говорили против Запрета. Тогда Саурон в прекрасном обличии пришел к королю и воспламенил сердца людей Нуменора против Запада и против Эльдар, что жили еще в Средиземье…


Комментарии автора.

1.
События могли развиваться несколькими путями, но мне хотелось исследовать вопрос, почему Толкиен убил Феанора именно тогда. В целом я полагаю, что ему пришлось это сделать Феанор – не тот тип личности, который будет выдерживать долгую осаду, но при этом он слишком харизматичен и влиятелен для того, чтобы остальные Нолдор поступили так без его участия. А поскольку Толкиен решил, что далее последует долгая осада, Феанор должен был или умереть, или совершенно измениться, иначе война началась бы гораздо быстрее. Хотя он решил не следовать это идее, Толкиен, возможно, ненадолго задумывался о применении функции «изменить», поскольку в ранних заметках именно Феанор, а не Маэдрос, был взят в плен и искалечен Морготом (никто не хочет исследовать такую альтернативу?)
Некоторые детали здесь взяты из «Книги утраченных сказаний».

2.
Первый вопрос здесь – что бы случилось в Нарготронде, если бы Келегорм и Куруфин не спровоцировали ропот против Финрода. Моим выводом было то, что Финрод все равно отправился бы с небольшим отрядом спутников (и погиб бы), поскольку что еще он мог предпринять? Нарготронд не выстоял бы, атаковав Ангбанд в одиночку.
Поэтому основное изменение здесь в том, что Келегорм и Куруфин не дали Ородрету повод выкинуть их из Нарготронда, и у Ородрета нет причины отказываться присоединиться к Союзу. Могли ли эльфы победить в битве, если прибавится целое войско Нарготронда? Возможно, могли бы.

3.
Я уверена, что если бы Феаноринги не напали на Дориат и позже – на Сирион, на них напал бы Моргот, у которого без сомнения было больше сил в распоряжении, и он мог бы снова захватить Сильмарил, - добрался бы в таком случае Эарендиль до Валинора? И как бы действовали Валар, если бы он не добрался?
Как не странно, в самой ранней версии толкиеновской версии легенд Сирион (но не Дориат) действительно взят Морготом. В итоге я довольно близко следовала здесь этой версии. История о валинорских эльфах, пришедших в Средиземье, находится здесь потому, что когда я перечитала ранние заметки Толкиена, то поняла, что хочу поместить их сюда, хотя бы из-за истории Эарендила.


*

От Мышь: то ли я пессимист, то ли самый благополучный сюжет убедителен мне меньше всего... Но оба "плохих" - это еще и прямой привет Лостам... Нет, интереснее всего для данного грызуна - четвертый. Неопределенностью? Или некой встречей в Эрегионе?
Tags: переводы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 18 comments