Kemenkiri (kemenkiri) wrote,
Kemenkiri
kemenkiri

День воды. И не только...

Ну вот, пришла полночь, а с ней, вроде бы, означенный в заглавии праздник. А еще - год назад была такая игра про Нуменор, "Жены верные и неверные".
И вот по этому поводу... воды и не воды... вот вам переводец. Как-о давно сделанный и заначенный до случая. А вот и случай...
Собственно, он не только про Нуменор. Он еще и про Маглора, потому - неплохо подходит к того же автора двум рассказам про Палантиры - а также Элронда, Элроса и феанорингов. (найдутся по тегу переводы, недалече где-то).



Взято: http://community.livejournal.com/silwritersguild/59727.html

Clotho123

Падение

Он нашел маленькую бухту, окруженную отвесными утесами с трех сторон, место, почти недосягаемое для смертных, - но не для того, у кого по-эльфийски уверенная поступь. Место голое и неприглядное, с берегом из серой гальки, но оно подходило для того, чтобы ждать. Эти побережья управлялись Королем Звездной Земли или Нуменора на Западе, и хотя большинство Дунедайн теперь ненавидели Эльдар, у них было достаточно знаний, чтобы распознать одного из таковых, особенно того, в чьих глазах был отблеск света Древ.
Однажды, несколько лет назад его побили камнями в этих землях. Он стоял неподвижно, не пытаясь бежать или сопротивляться, и это, возможно, испугало нападавших на него, потому что в итоге они оставили его в живых – и он ушел в молчании.
Главная гавань Умбара теперь опустела. Все корабли отплыли в Нуменор, в тот нечестивый флот, что собрал король, чтобы принести войну в земли Запада, чтобы напасть на самый Валинор – величайшее падение наследников Элроса с высоты их величия и власти! Он содрогался, зная, что за Судьба постигнет их.
Долгие годы он бродил один по берегам крайнего юга Средиземья, избегая земель, где жили его соплеменники, потому что не желал больше слушать их проклятия. Но слухи о Людях Моря, пришедших с Запада, снова привели его на север, а затем он услышал о помощи, которую они оказывали покинутым людям Средиземья, - и он смотрел издали на белые корабли, и был счастлив.
Но тени появились и углубились, и Люди Запада, которые в начале несли помощь, стали завоевателями, а затем – тиранами, что правят рабами. Он смотрел на их падение, смотрел, как потомки его приемного сына все глубже соскальзывают во тьму, совершая дела много худшие, чем наиболее низкие деяния его рода – дойдя до того, что они строили храмы, почитая Черного Врага, убивая людей на алтарях.
«Братоубийца» - так называли его соплеменники, хотя те, чья кровь обагрила его меч, были его родичами только в той мере, что тоже были эльфами. Мятежник, предатель, проклятый, - но дела потомков его приемного сына заставляли его неметь от ужаса, и он плакал – первый раз за несчетные столетия, за медленные и тяжелые годы, - о тех, кто стал их жертвами.
На пустынном берегу лежала раковина. Он сел на одинокий валун, поднял ее к губам и извлек несколько нот, низких и негромких, но все же своего рода музыку, достаточную, чтобы провести время за малым творением. Он уже давно разбил арфу, поскольку его левая рука была искалечена жаром Камня. Левая – поскольку привычка воина была достаточно сильна в нем, чтобы взять Камни более слабой рукой, оставляя правую свободной, чтобы при необходимости схватиться за меч. У Маэдроса, конечно, не было такого выбора.
Он остался в этом месте, ожидая; шли дни. В углублениях скал собиралась дождевая вода, он пил ее. Пищи у него не было, но это не имело значения. Вечерами появлялись звезды, и ему казалось, что отцовский Сильмарил сияет красным.
Появились орлы. Они летели с Запада, низко, так близко, что они закрывали свет, и их голос заполнял слух. И тогда он понял – началось.
Он начал петь, сначала тихо, едва слышно. Не те песни, что сочинял сам, - он пел то, что выучил в ранней юности. Детские песенки, что-то из простых повседневных песен. Солнце утонуло в море, и его голос окреп. Он ослабел с годами, в нем более не было той силы, что прежде.
Пусть другой споет о Падении Нуменора.
Он поднялся на ноги и начал песню о звездах – говорят, одну из древнейших, вкладывая в нее все оставшиеся силы. Он пел, вытянув перед собой руки, великий сын великого дома, величайший певец Нолдор.
Он видел, как приближается волна, но его песня не прервалась.
Море забрало его, и наказание Падших оборвало жизнь последнего из Лишенных Наследия. Море приняло его тело, а дух полетел в Мандос.


P.S. От Мышь. Я .если что, при совсем другой версии жизни Маглра "после Сильмарила". Но рассказ-то притом хорош... И про Нуменор. В определенном смысле.
Tags: переводы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 18 comments