Kemenkiri (kemenkiri) wrote,
Kemenkiri
kemenkiri

Category:
  • Mood:

АРТЕДАЙН. В общем, тоже в туда же.

...Хотя, чисто теоретически, не имеет к игре никакого отношения;-) Ароде бы.
Это рассказ, переведенный мною... аж еще в Абхазии (частью - во время органного концерта в Пицундском храме). А вот набрать свезло - только в вечер приезда с игры.
Рассказ - про Арведуи, ничего личного.
И - при всех моих придирках к нему (к рассказу то есть!) кажется мне весьма приличным.
А придирки я, по примеру Эовинки вынесла в примечания.
Так что изучайте, буде любопытно...


Maura Mellon

Октябрь

«Арведуи ты назовешь его, ибо он будет последним в Артедайне. Однако у Дунедайн будет выбор, и если они изберут то, что кажется наименее сулящим надежду, тогда твой сын изменит свое имя и станет королем великой державы. Если же нет, тогда много печали и многие жизни людей пройдут, прежде чем Дунедайн поднимутся и будут едины вновь».
Мальбет Провидец – королю Арафанту, отцу Арведуи


Единственным звуком в комнате был тихий скрип пера по бумаге [1]. Арведуи, король Арнора, сидел один за небольшим столом в самой верхней комнате Минас Хена, самой высокой башни его дворца в Форносте. На лице его было выражение совершенно детской сосредоточенности, хотя ничего больше, напоминающего ребенка, в нем не было. Он был человеком средних лет и выглядел старше своего возраста, - пророчество Провидца и само его имя, «Последний король», тяжелым грузом лежали на нем всю его жизнь. Этот вес становилось все тяжелее нести по мере того, как на Севере росла власть Короля-Чародея.
Арведуи провел рукой по седеющим волосам и пожевал кончик пера. Едва начав, он заметил, что делает, и с виноватым видом огляделся, будто ожидая выговора за неправильное использование орудия письма. Но рядом не было никого; да и если бы кто-то был, он едва ли выразил бы неодобрение поведением короля.
Легкий влажный ветер пробрался в комнату через открытые окна. Здесь их было восемь, смотрящих во все стороны и за ними открывался вечерний вид на Артедайн, северную часть Арнора. Поток воздуха закружился пол комнате, словно руками сжимая пламя небольшого светильник на столе. Ветер и пламя весело танцевали, со щедрой беспечностью разбрасывая по комнате блики света. Золотые лучи беззаботно пробежали по поверхности стола, упав затем на его ножки и сияющие ножны меча Арведуи.
Меч был прислонен к столу, забытый на время своим владельцем; на сегодняшний вечер король отложил свое оружие в пользу более сильного – пера.
Арведуи поднес смоченный в чернилах кончик пера к пергаменту и начал писать, медленно и вдумчиво. На листе появилось единственное слово.

Октябрь.

Арведуи остановился и критически взглянул на свою работу. Он хотел бы написать больше, много больше. Шепчущееся множество мыслей тихо требовало одного – быть записанным.
«…В Арноре осень, и увядают листья. Лето моего народа закончилось; проходит короткая осень. Я чувствую холодный ветер, и зима уже ощущается в его дыхании. Отсюда, с башни Минас Хен, я вижу мои окутанные туманом земли. Холмы красны как кровь, и дым поднимается от них; дым идет от домов, но он – словно видение войны, того обжигающего холодом огня, что придет…»
Король встряхнул головой и снова склонился над своей работой. И вновь буквы обретали форму, выходя из-под черного острия пера.

И деревья беззащитны и наги.

«…Беззащитны, как наши укрепления. Ветер приходит с Севера и срывает листья с ветвей, оставляя их нагими и серыми. Скоро придет нечто большее, чем ветер, и холодные руки прислужников Короля-Чародея оторвут нас от всего, что еще есть у нас. Менехеннет, Дворец Тысячи Окон! В горьком предвидении я вижу битое стекло, морозную прозрачность хрусталя, сброшенного на пол – чтобы быть растоптанным грязными ногами…»

…Лишены всего, что носили… Что заботит меня?

«…Быть королем – вовсе не легкая задача, но быть Последним Королем – почти невозможная. Мальбет, зачет произнес ты моему отцу этот проклятый стих [2]? Арведуи назовешь ты его, ибо он будет последним в Артедайне. Я – Арведуи, последний. Моя борьба напрасна, ибо мое поражение предопределено. Зачем же тогда я продолжаю борьбу? Если Север должен пасть, зачем я пытаюсь спасти его? Но король не может дрогнуть, и королевство еще стоит. И покуда стоит Арнор, я буду стоять за него, покуда мне не подрубят ноги. Но да будет моя кровь проклятием этой безжалостной судьбе!...»

Октябрь.

«…В Арноре осень, и увядает народ Дунедайн. Я чувствую ветер судьбы; он несет шепот будущего в своих неясных порывах. Кровь Нуменора в упадке, и мелочные ссоры разъединили нас. При моем дворе – убийство и предательство, и корни искажения глубоки. Их нельзя вырвать, не разорвав на части также и мое королевство. [3] Но придет холод и выстудит их; наша зима близится…»

Королевства поднимаются, королевства падают.

«…Королевство Лорда-Чародея поднимается; Северное королевство падает. Армии собираются под знаменем Черного Полководца – знаменем с красным кольцом, в то время как мой народ убывает в числе и силе. Колесо вращается, колеблются весы, и темнота сменяет день. Таков круг судьбы, и мы – лишь пешки между вращающимися спицами. [4] Но придет ли снова на Север весна? Забрезжит ли еще новый день для Дунедайн?..»

Но ты еще есть…[5]

«…Но мы еще есть. Пусть слабее и меньше, наши шаги плутают по извилистым тропам. Нас ждут лихие дни, бурные воды, свист ветров. Наша мудрость оставила нас, и наше искусство разбилось в ничто. Но мы не отложим меч, хотя наши руки и дрожат; наши песни еще не смолкли, хотя музыка покинула нас; наша гордость еще жива, хотя тьма подкрадывается ближе. Но мы еще есть…»
«Мы еще есть», - в задумчивости произнес Арведуи вслух. Он обмакнул перо в чернильницу и уже собирался продолжить, когда стук в дверь спугнул его. «Войдите», - сказал он, бессознательным движением накрывая лист руками, - словно защищая его от дотошных глаз.
Дверь открылась, и слуга в дворцовой ливрее вошел, почтительно склоняясь.
«Мой лорд», - сказалон, - «пришел большой отряд эльфов из Линдона. Их ведет лорд Торондил; он просил о встрече с вами. Он говорит, что пришел на войну и принес срочные вести из Гаваней и из Бри».[6]
«Торондил?» - произнес Арведуи, и в его глазах вспыхнул яркий свет, затем снова угасший. – «Значит, Линдон не оставил нас!» Он плавно поднялся, все еще держа в руках «секретную» бумагу. «Очень хорошо, - продолжил он. – Скажи лорду Торондилу, что я встречусь с ним немедленно; затем проведи его в тронный зал. Я буду там сейчас же».
«Да, Ваше Величество», - слуга склонился, выходя, и через мгновение король был один, как будто его почтительного подданного и не было здесь.
Арведуи взглянул на пергамент в своих руках. Шесть строк изящным почерком ясно выделялись на белой поверхности. Стихи. Губы короля сжались, не то в презрении, не то в сожалении. Одним быстрым движением он смял лист в шарик. Подойдя к северному окну, он бросил шарик в туманный воздух вечера [7]. Затем он медленно поднял свой меч и пристегнул его к поясу.
«Всему свое время», - тихо сказал он самому себе, - «И во время войны перо должно уступить мечу».
Он быстро направился к двери, оставив светильник мерцать над несколькими каплями чернил, забрызгавшими стол.



От переводящей Мыши

[Примечания автора опущены: первое – о том, что короли Артедайна претендовали на власть надо всем Арнором; второе – о том, что слова «стихотворения» - это песня «October» группы U2.]

[1] В дальнейшем тот же лист называет «пергаментом».

[2] Кстати, интересная идея, что пророчество об Арведуи – в исходной форме тоже стихотворение (с вероятностью – аллитеративное). Вот бы кто-нибудь попробовал его реконструировать…

[3] Мне представляется, что падение Арнора не сопровождалось подобным моральным упадком. Роль «угасающих» дунедайн на эти времена достается Гондору (генеалогии, гробницы, междоусобицы и бездетные короли) – недаром там пресекается династия, а на Севере, несмотря на падение государства, сохраняется. В Арде связь королевского рода и народа в целом очень значима и при подобном разложении была бы затронута и династия (чего, судя по всему, автор не предполагает).

[4] Концепция циклов и бренности всего – тоже, имхо, не вполне соответствующая менталитету Дунедайн. Государства поднимаются и падают опять же в немалой зависимости от их «правильности»…

[5] Автор интерпретирует эту фразу (взятую из уже существующей песни – см. соответствующее примечание), видимо, как «ты» (Арведуи) - «мы» (Дунедайн Арнора). Для меня она сейчас звучит как «ты, Фириэль» - представляется, что действие происходит совсем незадолго до штурма Форноста, когда часть мирного населения (как и вышло у нас на игре) уже покинула город – и Фириэль с детьми в их числе. Впрочем, с точки зрения автора так быть не может – в его (ее?) большем произведении (реалии которого повторяются в рассказе) говорится, что Фириэль была отравлена за некое время до этих событий неизвестными злодеями.

[6] Тоже детали, отсылающие к большему произведению (с приключенческой и детективной интригой, где хоббит из Бри, отец которого был хоббитом-следопытом (!) несет вести от Арведуи в Гондор, скрываясь от следопыта-предателя, встречает энтских жен, полуэльфа-полухоббита, прячется в Могильниках… в общем, я сломалась главе на третьей, а их там уже 17;-). По мне так маловероятно, что к падению Форноста мог успеть эльфийский отряд (хотя наш линдонский успел ;-).

[7] Что-то меня гложут сомнения, что пергамент можно так легко скатать в шарик, как бумагу…

Tags: переводы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments