Kemenkiri (kemenkiri) wrote,
Kemenkiri
kemenkiri

Categories:

"Что ты нашла?"

Вот бегала я 2 недели по питерским архивам, используя на это свой отпуск... Меня товарищи по ходу спрашивали - ну и что нашла. Я сначала терялась, первое впечатление - я не знаю, как объяснить с ходу, почему вот это добро формата "много разного мелкой россыпью" ценно и интересно, и чем именно - и чтобы это было интересно не только тому, кто по самый нос и хвост в теме.
И тут у меня в процессе набора данных из тетрадки в файл до-сложилась одна история. Еще в Питере, когда я рассказывала про нее (в ответ на тот самый вопрос) Хельвдис, история была в другом виде. Так что докладываю. Оно заодно иллюстрирует сложные отношения источников, литературы "на тему" и исторических фактов. Проще говоря - можно ли верить тому, что написано в книжке?

- История раз. О лордах и не только.

...и если уж на букву Л, то и о Лицее. И не только.
Есть на свете наука пушкинистика. От нее есть множество книг, в том числе разной степени (научно-)популярности, то есть доступных всякому любопытствующему. А еще от нее человеку, не заинтересованному в такой подробной степени биографией или произведениями Пушкина, бывает вред и польза. (На мой взгляд, по крайней мере).
Польза в том, что за более чем сотню лет изучения биографии поэта ее раскопали в невероятных подробностях, захватывая заодно и "исторический фон" - знакомых, места жительства, работы и отдыха, упоминаемые предметы и явления... Об этом гораздо больше остального написано, а из написанного - опубликовано. Поэтому если вас - вдруг! - интересует человек, место или явление начала XIX века, которое как-то пересеклось с Пушкиным, у вас куда больше шансов внезапно добыть интересную информацию - чем если бы этот человек и т.д. с Пушкиным не пересекался.
(Я вот так набрела на очень интересный дневник, который читала в ГАРФе целый месяц - огромный том с записями на каждый день в течение 4х лет, и это всего 1 из томов дневников этого человека... а опубликовано из него несколько строчек, где упомянуты Пушкин и Чаадаев).

А вред в том, что в фокусе рассмотрения всех этих лиц и явлений будет именно ассоциация с Пушкиным, и она же будет мерилом всего. Например, если поэт на кого-то был обижен и написал на него злую эпиграмму, она может взять и определить отнощение пушкинистов к человеку сему.
(Обратный вопрос "А понравился ли г-ну N Пушкин?" может или не ставиться, или определять, опять же, отношение к господину Эн, а не к Пушкину...)
А бывает, что речь идет даже не о фактах (эпиграмма - факт, она реально существует, даже если необъективна), а о предположениях пушкинистов. И предположения эти, переползая из книги в книгу, могут приобретать вид не предположений, а самых что ни на есть фактов, и из них делаются выводы... и все не ставится вопрос - а в основе-то что?

Впрочем, вы, может быть, хотите задать другой вопрос - а причем тут Мышь и питерские архивы?

А вот причем.
Начнем, пожалуй, с цитаты.
Самое "пушкинское"место - это, пожалуй, Лицей, и если уж кто приехал в Лицей, то к кому ж еще?!..
Так вот: "...исследователи отмечают прежде всего безусловный факт знакомства и общения Пушкина с Пестелем. Скорее всего, знакомство произошло в первой половине 1810-х гг., когда Пушкин еще учился в Царскосельском Лицее, а Пестель был уже поручиком гвардейского Кавалергардского полка. Во всяком случае 17 мая 1814 г. среди посетителей Лицея зарегистрирован «действительный статский советник Пестель (отец декабриста. – О. К. ) с фамилией», а в декабре 1815 г. будущий декабрист приезжал в Лицей уже без своей семьи".
(Это я цитирую Киянскую: http://rodnaya-istoriya.ru/index.php/istoriya-i-literatura/istoriya-i-literatura/a.s.-pushkin-i-p.i.-pestel-k-istorii-vzaimootnosheniie.html - но она, как видим, указывает на неизвестное нам число предшествующих специалистов).

(Да, кстати, без всяких предположений, Пушкин с Пестелем железно пересекались несколькими годами позже, когда оба были в Кишиневе, об этом есть до ежа свидетельств, - и об этом далее не будет речи в этой саге(с).)

Так вот, меня (а и Змею тоже) заинтересовали эти приезды в Лицей. И брали сильные сомнения, что к способному - да они там все способные! - но вряд ли уже сильно известному за стенами заведения ученику Лицея вдруг приедет никак с его семейством не знакомый "адъютант Пестель"... Еще любопытно другое: собственно, в хронике жизни Пушкина (в коей 4 тома) в одной записи вместе упомянуты приезжавшие в 1815 году "адъютант Пестель" и "полковник Глинка". Тот самый товарищ эпического декабриста Перетца, который не брал его в "нормальное" тайное общество, и в ложу не брал, и стихи не брал... Надо сказать, что в общество и Глинка, и Пестель (а о Перетце речь - в другом месте!) влипли куда позже, а тут что же получается - были знакомы раньше? Тоже интересно...

И вот взялась я выяснять.
Первое уточнение - все по той же Хронике жизни Пушкина. Не декабрь, а вообще 1815 год. Там просто события, у которых вообще нет даты точнее года, свалены в конец оного года. А это уже подозрительно. Если дата приезда "статского советника... с фамилией" известна до дня, то тут точно даты нет - а тогда об одном ли визите идет речь? Может, просто какой-то пушкинист, просматривая документы Лицея, выписал знакомые фамилии от разных дат?

Литература молчала и глухо посылала в архивы.
По дороге выяснялось, что документы Лицея поделены довольно причудливо - что-то (отдельными фрагментами) взял себе Пушкинский дом и положил в фонд Пушкина, а остальное преспокойно лежит в Историческом архиве Петербурга (ЦГИА СПб это нынче называется). Уже интересно, где искать.

...а по дороге мы со Змеей продолжали разбираться с семейной перепиской Пестелей, и вдруг году как раз в 1814 мелькнуло, что младшего сына в семействе, Алекса, матушка навещает в некоем "пансионе" в Царском селе...

Эврика! Смекнул Террариум в нашем составе. Царское село - не город, а дворцовый пригород, пансионов там, прямо скажем, не десятки. А, кажется, ровно один - Благородный Пансион при все том же Лицее. А что, если Алекс учился в нем? А не к нему ли тогда приезжали родственники?

В Пушкинском доме я честно пообщалась с ведомостями Лицея за 1814 и 1815 годы. Они сообщают каждую неделю, кто из воспитанников болел (и чем - от чахотки и "судароков" до поноса и отмороженного уха) и какие приезжали посетители.В процессе поняла:
- что ведомости Лицея и Пансиона - вещи совершенно отдельные (что логично - они находились в разных зданиях, минутах так в 10-15 ходьбы друг от друга).
- что статский советник с фамилией за май 1814 года отмечен конкретно в Лицее, и уж какого сына каких знакомых он там навещал, мы пока не знаем, но ни в жизнь не поверю, что Пушкина. (Примечание по ходу: Змея, объединившись тут со списком выпускников 2го набора Лицея (который как раз начал заниматься в 1814 году), нашла там двух родственников семейства П. на уровне общего деда. Вот прямо сейчас нашла).
- а от ведомостей Благородного Пансиона Пушкинский дом унес какие-то огрызки, так что подтвердить, что к Алексу статский советник наверняка в тот же день заезжал, я пока не могу документально, но уверена в этом примерно на сто процентов.
- А в ведомостях 1815 года полковник Глинка и правда где-то мелькнул, а вот "адъютант Пестель" в упор не просматривался. Ведомости чистовые, почерк понятный.


На этом пушкинистика закончила сообщать мне ценную информацию и я осталась с рабочей гипотезой, что смотреть надо таки Благородный пансион за 1815 год. И - о, счастье! - в ЦГИА СПб нашлись "свободные слоты" сделать под конец моих архивных приключений этот заказ. (Там вообще сурово, потому что на маленький зал приходится много желающих "Найти прабабушку" [(с), это формулировка темы исследования!] и прочих родственников, так что тех, кто не приезжий, записывают предварительно, сейчас - больше чем на месяц вперед. У меня, как иногородней Мыши, была фора, но все-таки ограниченная).

В четверг, предпоследний день "архивного отпуска" я засела с документацией Благородного пансиона за 1815 год.
К этому времени я уже знала, что Алекс учился там 2 года, и в конце 15го родитель его забирает, ссылаясь на его слабое здоровье ребенка и собираясь отправить на воды... На воды семейство правда собиралось (но не доехало), а вот насчет здоровья больничные ведомости дали возможность заключить, что все не вполне так: в то время, как кто-то из товарищей лежит в больнице с"чахоточной лихорадкой" где-то с сентября по январь, другие - регулярно туда с чем-то да попадают, Алекс буквально 2 раза на 2 дня за весь год влетает туда с "лихорадкой", т.е. с обычной простудой. И - это уже по семейным письмам - еще летом простудился, "выпив по жаре холодного", но тут его немедленно забрали домой (то есть на царскосельскую дачу) и воспользовались случаем не отпускать до конца каникул.
В общем, хорошего здоровья мальчик. (....пока. В 1817, в следующем пансионе, уже петербургском, он действительно будет серьезно болеть, ангина с осложнениями до кардиологии (как расшифровал по старым формулировкам Фред) оттуда его тоже заберут и так он нигде и не доучится толком в итоге, про это мне тоже попалось дело в ЦГИА...).

От больницы перехожу к посещениям. Видно много любопытного - что летом, когда семейство снимает дачу в Царском селе, сына посещают куда чаще, а вообще варианты посещающих самые разные - отец "с фамилией" опять же, один отец, одна мать, отец со своим братом (там только фамилия и чин, но по ним можно понять) - это дядя Николай, про которого говорят в семейной переписке, что он большой эгоист, но, видимо, племянника и он иногда не прочь увидеть...

А 5 мая 1815 года (а не в декабре, когда Алекса заберут уже!) появляется в Пансионе интересная компания: "Генерал-лейтенант Депрерадович, генерал Каблуков, адъютант Пестель". Самое интересное, что остальные упомянутые товарищи в генеральских чинах за весь год вокруг тоже как-то на глаза ни разу не попались, так что похоже, что приезжают они именно одной компанией. (И никакого Глинки, заметим. Зато в пансион периодически заходит - уж не знаю, к кому, "коммерции советник Перетц" - отец _того самого_ приятеля Глинки. Узок, очень узок их круг...
Еще "ротмистр Слатвинский" ходит. Это лейб-гусарский. Не удивлюсь, если собутыльников ищет).

Одна проблема - в 1815 году Павел Пестель служит в Митаве (это современный город Елгава в Латвии). Правда, неоднократно приезжает домой - все-таки не так далеко. Так что на момент обнаружения мы (с извещенной оперативно Змеей) решили - что же, приехал домой и не забыл заехать к брату, все логично (у них "чувство семьи" у всех очень сильное, а у него - особенно).
Примерно в этом варианте я излагала историю Хельвдис, когда она меня спросила, так что же я нашла.

А в воскресенье, уже по приезде, я решила свести свои "пансионские" выписки в таблицу с датами. И параллельно отправилась выписывать упоминания Алекса в переписке семейства за эти годы.
И тут оказалось, что никаких приездов Павла домой в районе мая нет просто категорически. Отец пишет сыну 8 мая - и упоминает только о получении его письма... Приехать в Петербург "по службе" и не заехать домой - это было бы на Павла предельно непохоже, - но не сказать семье о приезде и при этом заехать к брату, который, случись такое, непременно рассказал бы все семейству - просто глупость.

...и тут возникает свежая мысль: а Павел ли это? Ведь пресловутый "адъютант Пестель" заезжает в Пансион за компанию с генералом Депрерадовичем, а это - непосредственное полковое начальство другого брата, Владимира (в семейном обиходе - Воло). И ровно в том же письме Иван Борисович жалуется старшему сыну на то, как Воло служит (гораздо больше интересуется нарядами и красуется, а к дисциплине не приучен) и на то, что Депрерадович его только портит и сам занимается в основном игрой - а было бы гораздо лучше, если бы Воло чаще видел свое начальство на коне перед строем...
И служит Воло аккурат в должности "полкового адъютанта", кстати.

...в общем, по следам чтения помянутого выше дневника о том, чем обычно занимались в том самом Царском селе, скажем, лейб-гусары, - ох, не под делу ездила в Царское эта компания!.. Ну, или сначала по делу (ага, чьих-нибудь лошадей посмотреть, например), а потом - попить и поиграть в хорошей компании. А по дороге можно и зайти проведать брата господина адъютанта, произвести впечатление на Пансион...

Казалось бы, чистое предположение, но в действительности больше просто некому быть на этом месте: два других брата не подходят никак (Павел в Митаве, а Борис - статский), никаких других родственников нужного возраста и чина в семействе просто нет.
И подумать на Владимира сразу (из-за того же Депрерадовича) помешала, пожалуй, та общечеловеческая привычка, которая в крайней своей разновидности формулируется как "существуют только лорды" - если где-то мелькнула фамилия без дальнейших комментариев, то в ситуацию автоматически подставляется самый ее известный ее носитель, подходящий по времени (хоть приблизительно).
А далее эта интерпретация принимается вид факта, и уже из нее делаются дальнейшие выводы... И только если вдруг кого-то внезапно торкнет разобраться "А откуда факт-то?!", вдруг выяснится, что не "только лорды, только Нолдор и только мертвые"(с), а вполне живые неименные Синдар...

...как и оказалось ровно в этом случае, где вылезло ровно противоположное исходному "факту": и не в Лицей, и не к Пушкину, и не Павел. И даже когда именно в Лицей - то даже не к тому курсу, а к следующему.

И еще одно полуобщее наблюдение напоследок. Что у нас получилось в итоге? Казалось бы, был факт - и нет его (Павел Пестель был знаком с Пушкиным в лицейские годы последнего - нет, не был). На самом деле, сам факт (посещения кого-то кем-то) никуда не делся, поменялась интерпретация, по итогам факт убыл из материала, полезного для пушкинистики - если только не в самом широком контексте эпохи... Но остался вполне фактом, скажем, для истории Благородного пансиона, семейства Пестелей... Да и просто для проходящего мимо и примерно интересующегося эпохой читателя способен предоставить чудесную картинку "Как один адъютант двух генералов притащил (покрасоваться перед братом)". В Пансионе конечно, учатся тоже не абы кто, а какие-нибудь графы Остен-Сакен или бароны Греневиц в том числе, но навещают их все же в основном родственники, а не целая выставка чужих военных!
Так что, думаю, Алексу тоже понравилось;-)
Tags: Архивные Хроники, Полдень
Subscribe

  • Властелин Колец: как это было (бы) в русской классике

    Смотрела тут всякие подборки "нейросеть нарисовала Властелин Колец в стиле..." - и задумалась о версии в стиле русской классической литературы.…

  • (no subject)

    P.S. Как я могла в ночи забыть - там для симметрии был еще сон Онегина! Это третье на весь фильм творческое нововведение. Идет он, что логично, тоже…

  • Онегин. Дорого-богато, долго и бессмысленно.

    Посмотрела нового "Онегина" от Сарика Андреасяна. Обещала, что пойду смотреть и буду ругаться, все в силе. Так что вопроса "зачем я пошла?" у меня…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 24 comments

  • Властелин Колец: как это было (бы) в русской классике

    Смотрела тут всякие подборки "нейросеть нарисовала Властелин Колец в стиле..." - и задумалась о версии в стиле русской классической литературы.…

  • (no subject)

    P.S. Как я могла в ночи забыть - там для симметрии был еще сон Онегина! Это третье на весь фильм творческое нововведение. Идет он, что логично, тоже…

  • Онегин. Дорого-богато, долго и бессмысленно.

    Посмотрела нового "Онегина" от Сарика Андреасяна. Обещала, что пойду смотреть и буду ругаться, все в силе. Так что вопроса "зачем я пошла?" у меня…