Kemenkiri (kemenkiri) wrote,
Kemenkiri
kemenkiri

Categories:

Оксана Ивановная Киянская и золото партии. Вып. 1, вводный.

Некоторое время назад мы со Змеей написали небольшой текст о том, что Киянская пишет про декабристов в целом и что тут не так:
http://odna-zmeia.livejournal.com/141371.html
И обещали продолжение. Так вот, помимо одного краткого сюжета, который на днях у Змеи же и появился ( http://odna-zmeia.livejournal.com/143799.html ), порядочна часть такового наконец явилась и предлагается вашему вниманию.
Это история про декабристов и деньги. Если мимо вас пролетало в последние лет... ну, примерно 20 что-то по теме хотя бы мимо, есть шанс, что вы эти концепты слышали. Ну так вот, далее следует попытка разобраться, что же там было-то, если приглядеться повнимательнее? На 74 страницы Ворда, ничего личного.
Два замечания по ходу.
Наверное, смешно было бы говорить про текст такого размера, что он получился случайно (и всю зиму так и получался). Но начался - да, в самом деле не в рамках идеи "пойду-ка я кого-нибудь разгромлю". Просто прошедшей осенью я наконец дошла до Военно-исторического архива (сиречь РГВИА) - и решила посмотреть тематические ссылки, которых у Кияеской обещало быть немало. Ссылками и думала вначале ограничиться, но они потянули за собой цитаты, а цитаты - комментарии... А дальше я "просто продолжала" и только недавно закончила.
Ну и притом, что в тексте, помимо подробного разбора построений одного историка, есть ссылки на некоторых других, на источники (в т.ч. сугубо архивные), написан он языком предельно неакадемичном, в стиле "что думаю - то и пою", а еще местами пересказываю архивные и не очень сюжеты без точных ссылок - потому что писался текст именно для вывешивания в Сети на заборе.
Что я наконец с ним и делаю. В двух видах.
Во-первых, весь сразу текст вордовским файлом на Яндекс-диске: https://yadi.sk/i/lTEoX9ud3G3HfA
Во-вторых, для тех, кому удобнее читать в ЖЖ, в течение нескольких дней выложу то же тематическими порциями.

Сегодня у нас для затравки будет общий раздел.

*

Оксана Ивановная Киянская и золото партии

История про декабристов и деньги – пожалуй, самая известная из того, о чем писала Киянская. Этот сюжет уже приобрел вид исторического факта – он легко всплывает как общее место, «да, воровали, но…» - далее можно обсуждать, получилось или нет, на благие цели или как.
Но в том-то и дело: насколько это факт, а насколько – концепция уважаемого историка, и насколько она при этом доказуема? Далее я попытаюсь разобраться с этими вопросами на материале конкретных глав из разных работ Киянской.
Прежде всего это будет следующая книга:
О.И. Киянская. Павел Пестель. Офицер, разведчик, заговорщик. М., 2002.
В частности, потому, что это относительно поздняя среди ее книг и статей о Пестеле (которого касаются самые обширные ее идеи о финансах), в других может не хватать части идей и выводов. И при этом – в отличие от более поздних двух томов ЖЗЛ - в ней есть ссылки на источники.
(Далее в этом тексте ссылки на данную книгу будут идти просто с указанием страниц, другие книги будут оговариваться.)
Собственно, для начала я просто пойду с комментариями вдоль текста соответствующих разделов этой книги.
Рассмотрение вопроса о «золоте партии» в главке с характерным названием «Заговор и финансы» начинается с указания, что проблема эта очень важная:

"…многие свидетельства — и в том числе показания заговорщиков - повествуют о том, что этот вопрос был одним из ключевых во все годы существования тайных обществ. Заговорщики хорошо понимали, что бесплатно революцию в стране произвести невозможно." (203)

С самого начала прошу обратить внимание – здесь нет конкретных ссылок. Так что перед нами - мнение Киянской, а не "заговорщиков". Лично мне попадалось как раз решительно мало упоминаний денежного вопроса в следственных делах. Но посмотрим на более конкретные сюжеты.

…и три раза Тизенгаузен
(О тайных обществах в целом)


"Особенно остро проблема финансирования заговора встала в середине 1820-х годов. Именно тогда большинство заговорщиков осознали необходимость военной революции. А следовательно, и тот факт, что «нет собранных денег для продовольствия, а идти без денег — это восстанавливать против себя народ»163." (163 - ВД. Т. IX. С. 114.) (203)

В данном случае не очень понятно, почему конкретное показание отвечает за "большинство заговорщиков". Это Мишель Бестужев-Рюмин (кстати, ошибка в странице - 115) передает слова Тизенгаузена, сказанные в Лещине летом 1825 г.
Приведу то же показание несколько полнее:
"Тизенгаузен же сказал, что присяги не нужно, если необходимо начать, он начнет и не поклявшись, но чтобы мы подумали о том, что нет собранных денег для продовольствия, а итти без денег это возстановить против себя народ. На сие я ему возразил, что можно давать квитанции, кои уплатятся, коль скоро установится временное правительство".
(ВД. Т. 9. С. 115, Ответы М.П. Бестужева-Рюмина на вопросы от 5 апреля 1826 г.)

(О разговоре более одного раза упоминает Мишель, говорит Сергей Муравьев-Апостол и сам Тизенгаузен, при разнице деталей смысл сходится, так что, похоже, такой разговор в самом деле был).

Тут характерно прежде всего употребление самой цитаты.
1) Пересказ конкретного разговора, в котором высказываются по данному вопросу двое (остальные говорят не о финансах, а насчет выступать/не выступать/когда выступать, - это пресловутая "клятва на образе" не откладывать выступление в долгий ящик) работает за мнение "большинства заговорщиков" "в середине 1820-х годов". (Что такое середина в данном случае? 1825? Ну, тогда она была недлинной...)
2) И сам ход разговора, как он нам предъявлен, не соответствует идее, что "остро встала проблема финансирования": один член тайного общества говорит, что выступить готов, при этом просит иметь в виду данную проблему; другой предлагает некий вариант решения. Никакой дальнейшей дискуссии с другим членами общества об этом нет.
Подозреваю, что не случайно о финансах высказывается именно Тизенгаузен. Когда в ходе следствия собирают сведения о частных долгах арестованных, всплывают самые разные суммы, от микроскопических до астрономических, а вот Василию Карловичу, наоборот, много кто оказывается должен - товарищи по обществу, другие сослуживцы, собственный брат (В.К. думает, что восемь тысяч, брат думает, что три) - а вспоминает он об этом в надежде, что все должники деньги вдруг вернут, и жене его будет тогда жить гораздо легче. (Сейчас, совсем недавно эти материалы опубликовали в 23 томе ВД, сюжеты о Тизенгаузене можно найти по указателю.) Так что он, похоже, в отличие от многих своих сослуживцев, деньги считать умеет.

"В Северном обществе разговоры о необходимости собирать деньги воплотились в практические действия. Стараниями Трубецкого у общества появилась общая касса, составленная из «посильных» взносов участников организации. " (203)
(Далее - показания Рылеева, что Трубецкой ее, видимо, потратил, и Оболенского, что денег было 10 или 11 тыс.).
"Однако князь Трубецкой, как и многие другие северяне, был человеком очень богатым: «тратить» эту сумму у него не было никакой необходимости. На следствии он признал, что хранил у себя общественные деньги, правда, по его подсчетам, касса общества насчитывала 5 тысяч рублей. Конечно, для финансирования войск этих денег было явно недостаточно, но на подкуп мелких чиновников их вполне могло хватить." (204)

А откуда берется мысль, что деньги именно "на подкуп", а не на покупку оружия, например? Или на благотворительность, издание полезной литературы, создание училищ и что угодно? Собрали-то их давно, до всяких конкретных планов…
Точно понятно, что деньги собрали и никак не использовали, они лежали у Трубецкого уже некоторое время. И судьба их и размер называются товарищами как что-то предположительное.
Что же касается, кстати, "очень богатого человека" - в таком случае ему, наверное, "не было никакой необходимости" и занимать несколько лет до того 950 рублей... у музыкантов Семеновского полка. (Это всплывает в ходе все того же сбора сведений о частных долгах – см. все то же ВД 23). И за прошедшие годы князь выплатил им только часть суммы, так что за остальным оркестр обратился с претензией в Следственный комитет.
(Как и многие другие люди, которым оказались должны арестованные. Чем кончилось дело, неизвестно: поскольку Трубецкой был арестован в Петербурге же, денег с собой он в крепость не брал, и музыкантов направили непосредственно в его семейство. Будем надеяться, что им повезло - деньги там и правда были.)
Это к тому, что "очень богатый человек" вполне мог запросто в конкретный момент потратить часть суммы - зная, что если она вдруг в самом деле понадобится, он сможет ее без особого труда восполнить из личных финансов.
Но деньги в любом случае, повторюсь, собрали и не придумали, куда пустить, Трубецкой уезжает в 1825 году примерно на весь год в Киев, никто об этих деньгах не вспоминает ни при его отъезде, ни при подготовке восстания, по-моему.
На этом все, что можно было сказать о Северном обществе и деньгах, закончилось.
Поэтому автор возвращается к Южному.

"В Южном обществе, судя по показаниям его участников, подобной кассы не было. Однако и южные конспираторы весьма серьезно думали над финансовой стороной будущего революционного похода." (204)

И нам снова приводится довольно длинная цитата из разговора... Мишеля с Тизенгаузеном! На сей раз в передаче Сергея. (ВД. Т. XI. С. 296 - дело Тизенгаузена, 3 мая, вопрос Сергею). Ровно того же разговора, он передан немного иначе - например, нет упоминания о квитанциях, зато есть - о средстве, которое предлагал Тизенгаузен: всем членам общества продать все, что есть. Эта идея у Киянской дополнена фрагментом из ЕЩЕ ОДНОЙ его же версии - той самой, где Тизенгаузен патетически обещает продать даже женины платья! (ВД Т. IX. С. 61. - это Мишель излагает в ответах на вопросы от 27 января). (В общем, о жене в связи с тайным обществом Тизенгаузен не забывал. В разных аспектах... Трудно сказать, оценила ли она такую заботу; по крайней мере, в Сибирь за мужем не поехала, оставшись с детьми.)

И, в общем, не случайно, боюсь, Киянская цитирует нам одну и ту же сцену в трех разных вариантах - это, кажется, единственный известный разговор Южного общества о деньгах...
И вопрос этот встает (благодарю Змею за осознание!), когда речь заходит именно о походе в Москву, причем предстоящем уже в обозримое время. До того, когда речь шла о вариантах захватить/убить царя во время смотра, отправить 12 человек в Таганрог, проблема денег логично не вставала: все это требует только участия членов тайного общества, а они работают "за идею" - что, кажется, и Киянская не отрицает.

Она совершенно логично суммирует произошедшее:
"Впрочем, этот жаркий спор так ничем и не кончился: Васильковская управа, в которой числился Тизенгаузен, не предприняла никаких реальных шагов в деле финансовой подготовки переворота." (205)

(Как это согласуется с тем, что "вопрос остро встал" и "большинство заговорщиков осознали", кстати?)
Добавим, что и внутри Васильковской управы вопрос приходил в голову как проблема именно прижимистому Тизенгаузену, согласуясь с его характером.

Продолжение следует...
Tags: Киянская, декабристы и деньги
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 19 comments